Бездушный

Всё получилось достаточно быстро, Алина даже до трёх сосчитать не успела.

— Держите ваш свиток. Пользуйтесь, — протянула она Давлету испещрённый значками пергамент.

— Никогда ещё такого не видел, — пробормотал подошедший Халеш.

— Какого такого? — не поняла девушка.

— Что рисовать руны можно без стилуса и даже без рук.

— А я и не рисовала, — пожала плечами беглянка. — Я восстанавливала. И руки для этого не нужны...

О том, что это был тест, она догадалась позднее. Веских причин, чтобы гнать лошадей, не снижая темпа, Алина не находила. А свиток, по всей вероятности, разрядился гораздо раньше. Недаром Давлету даже пришлось искать его в перемётных сумках. Да и Гиана, по всей вероятности, тоже не просто так прикидывалась болтушкой.

«Придумывала, небось, половину. А после все вместе смотрели, буду ли я эти враки использовать, когда о себе начну говорить, или не буду, — размышляла Алина, покачиваясь в седле на очередном перегоне. — Наверное, всё-таки правильно, что я рассказала им правду... Ну, почти правду. И с рунами не стала прикидываться...»"

"О том, что до плена она проживала в Хатруме, беглянка сказала не просто так. Гиана в своих нескончаемых монологах не упомянула этот город ни разу. А значит, и подловить Алину в её пересказе на каких-то неточностях никак не смогла бы. Но это было не главное. Главное, и об этом даже рассказывали в «школе невест», четыре года назад в Хатрум пришло моровое поветрие.

Неведомая болезнь поразила практически всё население города. Девять десятых умерли. О причинах болезни преподаватели не рассказывали, но из намёков и оговорок стало понятно, что она имела магический характер. Кто навёл на несчастных жителей мор, зачем, почему он коснулся только Хатрума? На эти вопросы Алине никто не ответил, да она и не спрашивала...

Судя по Солнцу и звёздам, Халеш вёл караван зигзагами. Сначала Алина подумала, что это из-за оазисов и колодцев. Во всякой пустыне именно они определяли основные маршруты путников. Однако за четверо суток им встретился только один колодец и ни одного оазиса, хотя направление Халеш менял раз десять, не меньше.

Примерно столько же раз девушка замечала среди барханов чьи-то разряженные «рунные записи», однако воспользоваться ими ни Халешу, ни Давлету, ни тем более Гиане не предлагала. Кто знает, как эти руны сработают? Сама бы Алина, будь она в одиночестве, конечно б, попробовала, однако «при людях» это было не слишком разумно. Сознаваться в своём неумении читать и, соответственно, понимать эти записи беглянке пока не хотелось.

В конце концов, Алина просто спросила Халеша напрямую, почему их дорога такая извилистая?

«Разбойники», — коротко ответил батыр.