Бездушный

Как оказалось, для создания рун вовсе не требовалось владеть магической силой. Требовалось просто знать тот язык, на котором пишешь, и быть здесь его уникальным носителем. Ну и, конечно же, сами руны должны иметь лого— или пиктографическое наполнение, а не алфавитное.

Неожиданное открытие следовало срочно проверить.

Негромко прокашлявшись, я нараспев прочитал две следующие записи:

«Сянг йить сень и ян... Сють сяо».

Иероглифы, написанные на пола́х, так же, как и «наспинные», вспыхнули и пропали. После чего я мысленно приказал всем трём записям заработать. В то же мгновение карманы на куртке исчезли. Именно этого мне и хотелось: чтобы она выглядела так же, как раньше, причём, достаточно долго.

На всякий пожарный, протянул к куртке руку и аккуратно ощупал её внутри и снаружи.

Все карманы были на месте.

Хорошая иллюзия, качественная. Никто теперь ничего не поймёт. Даже соратники.

Нацепив на себя обновку, неспешно прошёлся по комнате. Покрутился перед висящим на стене ростовым зеркалом. Действительно, ничего не заметно. Будто и нет у меня на куртке пока ещё неизвестных в этом мире карманов. Секретная технология, итить-колотить. И чем дольше она остаётся в секрете, тем лучше...

Воодушевлённый успехом, я вернулся к столу и открыл шкатулку «от Балия». Магическая печать помехой не стала — для истинного иммунного это вообще не проблема. Внутри обнаружилось именно то, что заказывал: пятнадцать латунных пластинок толщиной от трёх до пяти миллиметров, шириной от пятидесяти до семидесяти и длиной от ста до ста сорока. Качество продукции местных литейщиков-кузнецов по цветмету оказалось приемлемым. С прецизионными изделиями какого-нибудь техномира, ясен пень, не сравнить, но для моих целей — вполне подходяще.

Иероглифы я рисовал на каждой пластинке. С обеих сторон. На лицевой — основное предназначение, на обратной — длительность или кратность. А потом громко и внятно зачитывал что написано. Руны, как и на куртке, вспыхивали и исчезали, я убирал заряженную пластинку в какой-нибудь из карманов, и приступал к следующей. На всё про всё ушло около двух часов. Небыстро, конечно, но суета тут не позволительна. Ошибёшься — сам потом пожалеешь, когда вдруг окажется, что заклинание не сработало или сработало не так, как положено.

Закончив с пластинками, я переложил три «лишних» из карманов в шкатулку, закрыл её и подошёл к шкафу, чтобы проверить ещё одну возникшую внезапно идею.

Шапки и шляпки здесь шили, как правило, из сукна. Или из ткани, напоминающей лён. Кожаные носили стражники и гвардейцы, вместо подшлемников. Мне для проверки идеи требовалась льняная. Она и по весу меньше, и по объёму (особенно в сложенном виде), и рисовать-писать на ней проще, чем на сукне или коже.