Возвышение Меркурия. Книга 13 (СИ)

А когда закончились смертные, то у меня не осталось и развлечений.

За моей спиной коротко и с нотками истерики хихикнула Найхва. Согласен — слышать, как тебе расписывает свои страдания тот, что недавно говорил о наслаждении чужой болью и ужасом, это не слишком логично.

Нньом на момент повёл взгляд в сторону звука, но почти сразу продолжил.

— А потом, в один прекрасный день мой осколок столкнулся с другим. Там были те, кто служил одному из Домов. Они отделились от своих во время штурма какого-то мира и не смогли вернуться назад. Зато у них вышло притянуть тот кусочек пространства, где скучал великий я. Думали, что легко победят, а потом сожгут мою силу, чтобы подать о себе знак.

Снова плюнув на землю, оскалил зубы.

— Я убил их. Не всех, понятное дело. Кое-кого оставил в живых и по капле выдавил всю информацию. А потом, заставил одного их этих жалких насекомых показать мне, как всё работает. Думаю, ты уже догадался, что было дальше, смертный червяк. Глазёнки у тебя умные. Вон как смотрят. Наверное сейчас мечтаешь о том, что вскрыть мне брюхо и выпить мою силу."

"Этот обретший божественную мощь циклоп, снова зашёлся хохотом, а я почувствовал, как сзади прижалась чуть подрагивающая Найхва. Сначала я подумал, что это от страха. Но потом, благодаря тесному контакту, ощутил исходящие от неё эмоции — накатывающие волны гнева, которые становились всё сильнее.

Внутри меня тоже плескался целый океан ярости, но Мьёльнир пока не закончил работу. А у стоящего перед нами выродка диких троллей, ещё могла быть какая-то ценная информация.

Поняв, что Оболенский на этот раз молчит, а Гифер с Прохором не спешат проявлять активность, я заговорил сам.

— Как ты смог попасть в наш мир?

Единственное, в чём безумец с бронзовой кожей был прав — его дальнейшая история и правда ясна. Притягивал другие осколки, объединял и убивал всех, кто мог дать ему дополнительную силу. Конечно, меня интересовало, сколько в итоге таких набралось и какой объём мощи он получил сверх того, что имел. Но боюсь, в подобном он не признается. Даже если проговорится, то оценивать станет в понятных только для себя мерах.

А вот знание русского языка указывало, что выходцев из Российской империи он уже встречал. И наверняка убил, поглотив информацию, что была накоплена в их разуме. При крайней необходимости, на такое были способны и мы. При наличии полноценной «искры», конечно. Что уж говорить о любителе чужих мучений, который наверняка ещё и пожирал души смертных.

— О, тут всё оказалось просто. Как только я набрал достаточно массы, то смог куда лучше управлять осколком. Стал капитаном, что бороздил межмировое пространство и потрошил всё, что попадалось на пути.