Безжалостные клятвы

Чтобы прийти в себя, он задержался, закрывая окно и задергивая шторы. Только тогда они оба почувствовали себя в надежном убежище, куда ни одному богу не добраться. Роман наблюдал за тем, как Айрис изучает его спальню.

Неудивительно, что в первую очередь она, разинув рот, подошла к книжным полкам и с такой любовью потрогала позолоченные корешки, что Роману захотелось подарить ей их все.

– Целая библиотека. – Айрис бросила на него ироничный взгляд. – Сколько сокровищ стоит на этих полках?

– Только шесть.

– Только?

– Половина досталась в наследство.

– А, вспомнила. Некоторые книги принадлежали твоему деду.

Роман кивнул, следя за ней взглядом. Дальше Айрис подошла к платяному шкафу.

– Так вот откуда к тебе приходили мои письма, – сказала она, открывая резную дверь.

– М-м. От бумаг был такой беспорядок на полу, что мне ничего не оставалось, как прочитать то, что ты писала.

– Все мои острые слова. Все мысли, которые трудно было произнести вслух. – Она помолчала, рассматривая висящую одежду, накрахмаленные рубашки, отсортированные по цветам. – Удивительно, что ты не сбежал тогда от меня.

Что-то было в ее тоне или словах, которые она не произнесла, но которые он все равно слышал в ритме ее дыхания. Или в том, как в ней промелькнула уязвимость, словно она сняла часть брони.

– Наоборот, – ответил он. – Твои слова только привлекли меня к тебе.

Немного помолчав, она сказала:

– Наверное, придется занять у тебя.

– Что занять?

– Рубашку, чтобы в ней спать. Хотя кровать у тебя узкая. Судя по виду, односпальная.

Роман сделал шаг к ней. Потом еще, пока не подошел настолько близко, что смог сосчитать веснушки на ее носу.

– Я думал, ты хорошо меня изучила за время работы в «Вестнике», Уинноу.

– Я там много чего о тебе узнала. – Айрис выгнула бровь. – Тебе придется уточнить.

Он наклонился к ней. Девушка сделала глубокий вдох и приоткрыла губы, но Роман только прошептал:

– Я люблю решать трудные задачи.

– Тогда назови эту задачу.

– Мы поместимся на этой кровати вдвоем.

– Как скажешь, Китт.

Не успел Роман к ней прикоснуться, как она проскользнула мимо него, но рукав ее плаща зацепил его руку, пустив волну мурашек. Айрис подошла к его кровати и села на краешек, оценивая мягкость матраса.

– Всегда хотела спать на облаке.

Она легла, и ее волосы рассыпались по подушке.

– Значит, одобряешь? – поддразнил он.

– Да. Кстати, ты еще не знаешь, что я ворую одеяла.

Роман с улыбкой подошел к кровати.

– Уж это я знаю по собственному опыту.

«С той ночи, когда стал твоим».

Он вернулся мыслями в ту ночь, перед тем, как мир разорвался на части. Они были вместе, но в полной темноте. Только голая кожа и руки, губы и имена. Они медленно исследовали друг друга на тюфяке из одеял.