Битая карта

— Что вы имеете в виду?

— Разве сержант не сказал? Ее рука зацепилась за ветку. В противном случае ее унесло бы течением в море.

Ребус прикинул, в каком направлении течет река в обход единственного поселения… Да, тело, попавшее здесь в эту реку, вполне могло бесследно исчезнуть в море…

— Никаких предположений, кто она?

— На теле никаких особых примет. На руках кольца, одета в хорошее платье. Хотите взглянуть?

— Почему бы нет? Идем, Брайан.

Но Холмс остался стоять на месте.

— Я уже видел, сэр. Но вас я не хочу задерживать…

Ребус последовал за патологоанатомом вниз по склону.

Он подумал: нелегко притащить сюда тело… хотя его можно скатить сверху… да, скатить… услышать плеск — значит, тело упало в реку… В таком случае можно и не увидеть, что рука зацепилась за ветку. Но чтобы доставить сюда тело — живое или мертвое, — явно требовался автомобиль. Способен ли Уильям Гласс угнать машину? А почему нет? Нынче все, похоже, знают, как это делается? Первоклашки и те способны преподать вам урок…

— Как я уже сказал, — продолжал Курт, — тело довольно сильно побито. Пока не знаю, прижизненные это повреждения или нет.

Кстати, по поводу той, другой утопленницы у Дин-Бриджа…

— Да?

— Незадолго до смерти она вступала в половой контакт. В вагине обнаружены следы спермы. Возможно, удастся определить ДНК. Ага, ну вот…

Тело вытащили из пластикового мешка. Да, на ней было дорогое платье, приметное, легкое, хотя теперь разодранное и заляпанное грязью. Лицо тоже в грязи… расцарапанное, опухшее… Волосы оттянуты назад, часть черепа обнажена. Ребус с трудом проглотил комок. Ожидал ли он этого? Он не мог бы сказать наверняка.

Но в глубине души он был уверен — он ведь видел фотографии.

— Я ее знаю, — сказал он.

— Что?

Даже судмедэксперты посмотрели на него с недоверием. Эта сцена, видимо, насторожила Брайана Холмса, потому что он вприпрыжку спускался по склону.

— Я говорю, я ее знаю. По крайней мере так мне кажется. Нет, я уверен. Ее зовут Элизабет Джек. Друзья называют ее Лиз или Лиззи. Она жена… бывшая теперь… члена парламента Грегора Джека.

— Бог ты мой, — выдохнул доктор Курт.

Ребус смотрел на Холмса, Холмс — на Ребуса, и, похоже, ни тот ни другой не знал, что сказать.

* * *"

"Идентификация на этом, конечно, не закончилась. Отнюдь нет. Смерть была определенно подозрительной, но имеется ли тут состав преступления, предстояло решать прокурору, который сейчас, мрачно кивая, разговаривал с доктором Куртом; тот жестикулировал так, что издалека его можно было принять за экзальтированного итальянца. Доктор объяснял — объяснял без устали, в тысячный раз, — как движутся диатомеи внутри тела, и его слушатель все больше бледнел.