Бюро гадких услуг
Вот ведь каким обманчивым может быть внешний вид – незнакомым людям Люся и Василиса, подружки-веселушки, дамы преклонного возраста, но непреклонных характеров, кажутся смешными и даже глуповатыми. А между тем на их счету уже не одно раскрытое преступление. Во всяком случае, они так считают и называют себя матерыми сыщицами. Но, как говорится, и на старуху бывает проруха. Василиса здорово "лоханулась" – одна хитрая особа выманила у нее кучу денег. Рыдать эта непреклонная женщина не стала, а вместе с подругой начала свое расследование – мошенницу-то надо найти, деньги вернуть и прекратить преступный промысел. Только тернист и опасен путь отважных сыщиц. И усеян... трупами!
– Вот уж кем никогда не интересовалась, так этим безголосым крикуном. А ты, никак, хочешь насладиться его пением? Позвони да узнай, – бормотала Василиса, открывая дверь.
Людмила Ефимовна, войдя в квартиру, сразу кинулась к кипе газет, лежавших в прихожей, нашла какой-то номер и принялась по нему названивать. У Василисы поползли глаза на лоб – ее подруга, которая с музыкой была знакома не понаслышке, кажется, действительно собиралась на концерт Морошкина!
– Все, Антон Петрович, поехали. Мы с вами отправимся сейчас к Большому концертному, к поклонникам Морошкина. Вася, давай сюда ремни!
Ничего не понимая, Василиса выволокла в прихожую сумку с ремнями.
– Берите, Антон Петрович, берите!
– Люсенька, я боюсь, у меня не хватит средств, чтобы сводить вас на концерт. Я не знал… Там один билет стоит…
– Ой, я вас умоляю! Успокойтесь, если бы не великая нужда, я б туда и близко не подошла… Короче, вы идете?
Ни Василиса, ни Антон Петрович так толком и не поняли, куда рвется Люся.
– Мне идти? – на всякий случай спросила Василиса.
– Лучше выгуляй Малыша, он сегодня весь день взаперти. Еще покорми Финли, свари ему рыбу. И будь осторожна! – предупредила Люся и выскочила за дверь. Следом за ней заторопился Антон Петрович.
Когда Люся с Антоном Петровичем добрались до Большого концертного зала, возле входа гудела толпа поклонников.
– Сейчас сделаем так, – скомандовала предприимчивая женщина. – Я встану вон там, в сторонке, а вы, Антон Петрович, заберетесь в самую толпу и будете изо всех сил орать: «Где тут продают ремни от самого Морошкина?» Только громче кричите. А потом вроде как увидите меня и обрадованно кинетесь покупать. Если все пройдет хорошо, заработаете сотню. Идите, ввинчивайтесь в толпу.
Антон Петрович сообразил, что к чему, и вошел в роль. Он забрался в самую гущу поклоников певца и заорал благим матом:
– Где здесь продают штаны от самого Морошкина?
Толпа уставилась на него, и на миг шум прекратился.
– Штаны разобрали, остались только ремни! – крикнула Люся со своего места, проклиная забывчивость ухажера."
"Антон Петрович, согласно договоренности, должен был прорваться к ремням, однако у него ничего не вышло. Толпа шарахнулась к Люсе, сметая на своем пути все, и несчастного Люсиного «жениха» просто отшвырнули подальше. Возле Людмилы Ефимовны образовался водоворот, смерч, торнадо. Это еще хорошо, что она плотно зажала сумку между ног и только вытаскивала из нее по одному изделию. Сначала она продавала ремни по шестьдесят рублей, но потом решила, что поклонники готовы купить кусок кумира за любые деньги, и такса возросла. Через какие-то десять минут ее сумка опустела, но людская стена вокруг Люси не редела.
– Еще! Еще давай! – гудела возмущенная толпа тех, кому сувенир не достался.