Забывший имя Луны

Мертвенно бледный Аполлон, более чем когда-либо похожий на одноименную статую, медленно подошел к вожаку бандитов и, глядя ему прямо в глаза, изо всей силы врезал тому в зубы. Вожак упал, подавленный мощью психологической атаки, но тутже вскочил, обозленный донельзя и окончательно потерявший человеческий облик.

Некоторое время происходившее в анфиладе напоминало бессмертный эпизод из кинофильма «Веселые ребята». Дети Радуги забрасывали бандитов переверзевскими желудями и открытыми баночками с гуашью. Семинарист Артур лупил противников по голове антикварной библией ХУШ века, отвоеванной в бою и окованной металлом.

Под тяжестью Священного Писания бандиты валились как подкошенные. Мишель Озеров с залитым слезами лицом стоял на коленях возле радиатора и с помощью старинной трости ловко сбивал с ног каждого попадавшего в поле его досягаемости бандита. До полного невероятия усугубляло абсурдность ситуации то, что забравшийся на подоконник режиссер «Логуса», обливаясь потом от страха и закусив от напряжения нижнюю губу, снимал все происходящее на отобранную в схватке видеокамеру. Неготовые к столь яростному сопротивлению бандиты терпели явное психологическое поражение.

Завершил сцену подоспевший на волчий вой и стрельбу отряд ОМОНа.

Окончательно деморализованных бандитов куда-то увели, где-то отсидевшийся во время схватки Ромашевский разъяснил ситуацию для представителей закона, участковый Владим Владимыч подтвердил неизменную лояльность сквотских насельников. Уже уезжая, напоследок, один из молодых омоновцев осмотрел поле недавней битвы и, наметанным взглядом выделив лидера, обратился к Аполлону:

– Слышь, друг, художник ты там или кто… разъясни мне.

Я еще никогда не видел, чтобы лохи от бандюг отбиться сумели. Мне по делу интересно. Как там у вас вышло-то?

– Вот они, – все еще закаменевший, статуеподобный Аполлон указал на Кешку и бабу Дусю, которой кто-то подложил под голову свернутую в рулон куртку.

Омоновец внимательно посмотрел на худенькое тело сморщенной старушки, на угрюмого, дебильного на вид подростка, скорчившегося на полу рядом с ней, пожал плечами и вышел вслед за остальными.

* * *Через три часа в притихший до полной замороженности сквот приехала вызванная милиционерами санитарная машина.

Молодой врач, диковато озираясь, пробирался по сквотским помещениям вслед за молчаливыми Детьми Радуги и от полной растерянности пытался шутить. Два мрачных санитара следовали за ним, как грачи за трактором.

Тело бабы Дуси, одетое в черную юбку и белую с кружевами мужскую рубашку (судя по размеру и фасону, она могла принадлежать только Ромашевскому), лежало на самом большом столе, который отыскался в кладовой и был по частям спущен в анфиладу.