Боги, пиво и дурак. Том 7

Альба поднес руку к иероглифу, и когда несколько капель попали на гравировку, он весь наполнился темно-красным сиянием. Свет становился все ярче, и вскоре вверх медленно поднялось слабое, зыбкое зеркало перехода.

— Путь в Шутиху открыт, — сказал принц.

Один за другим мы все вошли в красное сияние.

Нам с Берном выпала почетная должность запихивателей в портал связанного Та’ки, который вырывался и стонал, как самая последняя панда. Поэтому мы оказались замыкающими.

Шагнув в портал, я облегченно вздохнул. Неужели мы сумели выбраться из столицы? Счастье-то какое!.

А через мгновенье я с грохотом заземлился в вонючую жижу рядом с кучей соломы.

От женских криков у меня аж уши заложило. От топота копыт брызги чавкающей грязи летели в стороны.

— Выпустите нас! Выпустите! — кричали вразнобой сразу десятки женских голосов.

Подняв голову, я увидел, что мы приземлились у задней стенки огромного загона с кентаврами.

Того самого, на Арене, где мы уже как-то раз заземлялись с Киром благодаря промаху портального.

У них тут мёдом, что ли, намазано? Чего они все в конюшню-то промахиваются?

На Альбу было жалко смотреть — он растерянно хлопал глазами, стоя по колено в конском навозе.

— Ты же, вроде, говорил, что он ведет в старую ратушу? — проговорил я, поднимаясь с колен.

— Я же не знал, что на ее месте устроили конюшню, — растерянно проговорил Альба.

Глава 11

Кони, люди и барон

Набрав в легкие побольше воздуха, я сложил руки рупором и громко крикнул:

— Эй ты, красивая!!!

И все кентаврихи, как одна, вдруг умолкли и обернулись.

Как говорится, сколько бы у женщины ни было ног, она всегда остается женщиной. Это я еще на Арахне в свое время проверил.

И когда они все озадаченно уставились на меня, я улыбнулся как можно очаровательней и спросил:

— А что происходит-то?

— Неужели мой всадничек пожаловал? — услышал я смутно знакомый голос, и в следующее мгновение увидел отделившуюся от табуна кобылицу. То есть девицу. Ту самую брюнетку, с которой мы так огненно проскакали заезд на выживание.

— Рад видеть, — сказал я. — Так что у вас здесь?

— Это ты!!! — раздался вдруг тоненький возглас, и другая хорошенькая девчонка на стройных копытах вдруг бросилась ко мне и крепко обняла.

Я не сразу вспомнил, что это — одна из тех отставших бедняжек, которых мы с Киром спасли. До тех пор, пока она не прошептала:

— Спасибо-спасибо-спасибо! Ты такое сделал, такое!.."

"Тут следом за ней подтянулись еще две красотки, и пока они нашептывали мне слова благодарности, Бобер проворчал:

— Вот как ему это удается? А? Так поглядишь — ну дурень жеж без царя в голове, а девчонки вечно на нем гирляндами висят. Даже вон лошади уже обнимать начали! А меня почему-то — никто!..