Больше, чем страсть

– Почему же остановился? – без особого удивления поинтересовался старик.

– Почувствовал, – пожал плечами Даниил.

– Это ты вчера по селу ходил ночью?

– Я, – спокойно признался Казарин, чего уж теперь юлить?

– Мы с Ганди подумали, может, зверь какой забрел, вот и решили сегодня проверить, – объяснил старик и, помолчав, рассматривая пристально ночного беглеца, добавил: – Оказалось, вот какой зверь, – снова помолчал и спросил. – Как из ямы выбрался?

– Вырыл в стене ступени и вылез, – глядя ему в глаза, объяснил Даниил.

– Такой ловкий? – удивился старик.

– Жить захочешь, и не такое придумаешь, – снова пожал плечами беглец.

Старик поднялся с места и вышел из комнаты, бросив какую-то невразумительную команду волкодаву. У Казарина ухнуло вниз сердце, подскочило обратно и принялось стучать набатом, а тело все собралось, сконцентрировалось, как перед броском или дракой."

"Неужели старик его сдаст? Он тут сидит дураком, ждет не пойми чего, а старый акын сейчас дошкандыбает до горячих чеченских парней, и Казарину полный амбец настанет.

Но старик вернулся в комнату и поставил перед Даниилом глиняную миску с густой похлебкой, положил рядом ложку и половинку лепешки.

– Ешь, – приказал он и снова сел напротив.

Казарин не отказался, взял ложку и стал неторопливо есть, посматривая настороженно на старика. Похлебка оказалась очень вкусной и сытной. Внутри сделалось горячо и благосто, и так забыто мирно, что захотелось закрыть от удовольствия глаза и насладиться этим фантастическим вкусом и минутами спокойствия.

– Как тебя зовут? – спросил старик.

– Даниил, – представился Казарин, продолжая есть.

– Я Мурат Арсланович. Ты можешь называть дядя Мурат.

– Дядя Мурат, – спросил прямо Даниил, – ты меня сдашь бойцам?

– Нет, – ровным тоном заверил старик, – я пригласил тебя в дом и, соблюдая нохчалла, наши традиции, обязан о тебе позаботиться и предоставить свою защиту.

– Ты меня отпустишь? – уточнил для полной ясности Казарин.

– Отпущу, – подтвердил старик. – И помогу. Ешь.

Он снова поднялся со своего места и вышел из комнаты. Даниил быстро доел похлебку, вытер тарелку кусочком лепешки и отправил его в рот, закрыл глаза, откинулся на спинку стула и попытался расслабиться, с удовольствием дожевывая. Он знал четко – если такой старик дал слово, то можно быть абсолютно уверенным, что он его не нарушит. Мурат Арсланович вернулся с кучей каких-то вещей и парой ботинок в руках, положил вещи на стул, поставил ботинки и спросил:

– Что у тебя в сумке за плечами?

– Кусок дерюги, две луковицы, морковка, абрикосы и сухая лепешка, – перечислил Даниил.