Босиком по осколкам (СИ)
— Любишь меня? — спрашивает, будто с вызовом. — Люблю, — глажу его лицо, но он дергает головой и отходит. — Я же недостоин таких, как ты и твоя подружка, — хмыкает, скалится. В его голосе издевка, но я слышу и отчаяние. У меня перехватывает дыхание. Нет-нет, он не мог слышать те мои слова, не мог… — Как банально, — хватает жестко пальцами меня за подбородок и приближает к себе, выдыхая мне в губы, — ты оказалась легкой добычей, Аида. Сердце готово выпрыгнуть из груди, настолько ужасно оборачивается ситуация. Сглатываю ком и шепчу с надрывом. — Ч-что? — переспрашиваю, но до меня уже доходит смысл. — Я поспорил на тебя, что влюбишься в такого циника и бабника за семь свиданий, — хмыкает, язвительно изгибая губы, — а ты влюбилась за пять.
— Я съезжаю, Мил, — грустно улыбнулась подруге в один из дней.
— Куда? К родителям? — встрепенулась она, поднимая на меня взгляд, полный грусти.
— Нет, к себе, — покачала головой. — Хочешь со мной? Будем вдвоем жить.
Я ожидала, что она согласится, вот только вместо этого она призналась в другом.
— Прости, Айко, мне Сема предложил съехаться, я не хотела тебя оставлять, но раз уж ты сама уезжаешь, наверное, приму его приглашение, — говорила виновато, что мне категорически не понравилась.
Присела около нее на кровати, взяла за руку.
— Конечно, принимай, — улыбнулась вполне искренне, чувствуя радость за подругу.
— Слушай, я говорила с Семой насчет вашей ситуации с Кириллом, — начала осторожно говорить Мила. — Может, вам стоит поговорить? Сема говорит, что на Кирилла это не похоже. Да и выглядит он паршиво, страдает.
— Кто страдает, Мил? Кирилл? — фыркнула, но вышло слишком горько, даже я сама это заметила. — Ты ведь вместе со мной видела, как к нему в универе девчонки липнут, а он и не против. Всё у него отлично. Просто отлично.
Последнее процедила сквозь зубы, ощущая, как внутри разгорается пожар гнева.
— Может, всё же, — опять попыталась уговорить меня Мила, но в этот раз я не дала ей договорить.
— Отец прав, они лучше знают, что для меня лучше, в этом я убедилась дважды. Так что больше никаких Кириллов в моей жизни.
— Отец? — переспросила Мила, а затем вдруг погрустнела. — Ты выйдешь замуж по расчету?
Я усмехнулась, а после вытащила чемодан и стала запихивать туда свои вещи.
— Выйду, не выйду, это еще бабушка на двое сказала. А так, может, дам Марату шанс, — пожала плечами.
— Ты иногда выражаешься, как старушка, — закатила глаза. — А насчет Марата правильно, тебе развеяться надо, хоть сводит тебя куда-нибудь.
Промолчала, усмехнувшись, сама я такого энтузиазма не испытывала. Собрала чемодан и поставила у порога.
— Ты блокнот забыла. Что тут, кстати? — задал вопрос подруга и схватила лежавший на столе мини-альбом.
— Это? — задумчиво обернулась. — Это можешь выкинуть или сжечь. Оно мне больше не надо.
Я знала, что она там увидит. Многочисленные рисунки Кирилла Соловьева. Парня, которого я любила.
— Это то, что я думаю? — задала она закономерный вопрос.
— А ты не думай, Мил, просто выбрось этот мусор. Давай чай на дорожку, — присела около нее.
Попрощавшись, вышла на улицу, где уже ждал Марат, которого я попросила отвезти меня на квартиру.
— Может, с тобой остаться? — спросил он, когда поднял чемодан на нужный этаж.
— Это лишнее, — скупо улыбнулась. — Я бы тебя позвала на чай, но тут целый фронт работ.
— Поехали тогда, перекусим, — предложил, и я вдруг неожиданно даже для себя согласилась.