Ботаник

Даже на ярком солнце вряд ли кто-нибудь без специальных приспособлений типа лупы смог бы найти тонкую щель-шов. А может и с лупой бы не нашел.

Войдя в потайную комнату, сразу же отправился к тяжелому грубому столу, сколоченному из толстых досок и брусков. Альгису стоило больших усилий перетаскать эти доски в лабораторию, а потом сколотить из них этот…то ли верстак, то ли лежак, то ли…не знаю, как его назвать — главное, что он исполнял свое предназначение. На нем стояли ступка для истирания ингредиентов снадобий — с торчащим на пятнадцать сантиметром пестиком, рядом что-то вроде спиртовки, заправляемой маслом.

Стеклянные реторты и колбы, ничем не отличающиеся от земных — их было штук пять, остальное — какие-то плошки, кружки, ковшики, судя по всему сделанные из меди или бронзы. Все то, что Альгис сумел попереть из замковых кладовых.

Даже шкафчик имелся с многочисленными в нем ящиками. Я даже улыбнулся, вспомнив, как Альгис тащил его по тоннелям, ругаясь и шипя, как разъяренная змея. Шкафчик оказался очень тяжелым, хотя Альгис освободил его от содержимого — соли, сахара, других кухонных припасов.

Кстати, пропажа шкафчика вызвала скандал, и он сам не рад был, что решился на такой поступок. Ну, в самом-то деле — куда мог подеваться кухонный шкаф, если кладовые и другие подсобные помещения всегда закрыты, а ключи от них находятся у Старшего Кухаря?! КТО упер шкаф? Уж точно не привидение Черного коридора! Слава богам — решили просто забыть об этом происшествии и не докладывать Главе. Не поверит, да еще и выпорет. А оно кому-то надо?

Пучок травы положил на широкую дубовую разделочную доску, поднял с крышки стола разделочный нож, аккуратно обрезал стебли возле корней.

Это было похоже на то, как если бы я готовил некий салат. Доска, ножик, капуста…ностальгия, да и только!

Из стеблей сразу закапал молочно-белый сок, и я тут же ускорился — не надо, чтобы сок вытекал. В нем вся и сила! Тут же сосредоточился и направил на пучок травы поток магической энергии, вытягивая, испаряя содержавшуюся в растениях воду.

Через пятнадцать минут все было закончено, и вытерев пот со лба я приступил к делу: аккуратно, не теряя листья, сделавшиеся хрупкими, будто воздушными, поднял пучок и опустил его в ступку.

Получилось что-то вроде натюрморта с засохшим букетом. Аккуратно прижал «букет» ступкой, и приступил к второму этапу работы. Теперь нужно было сделать противоядие.

Взял другой пучок травы — небольшой такой, который когда-то был обычной петрушкой, бросил его в реторту, залил водой и послав импульс в масляную горелку, зажег пламя. Забавно, как я все это делаю — абсолютно автоматически! Тело, мозг делают будто сами по себе. Память — и «мозговая», и мышечная.