Ботаник

Ну только представить — вдруг посреди коридора появляется фигура в белом, и на ее огромном страшном лике светятся пылающие, не обещающие ничего хорошего глаза!

В общем, кухонного рабочего едва не похоронили — парнишка так перепугался, что наделал в штаны, а охранник, который пошел разоблачать глупые придумки замковой челяди, целый месяц начинал заикаться, как только его просили рассказать о том, что он видел. Теперь этим коридором перестали ходить, пользуясь боковыми, параллельными коридорами. Благо что их тут было невероятное количество — как раз по размеру замка.

Теперь я мог незамеченным пройти из своих апартаментов прямо до входа в тайные тоннели, или выйти из них, не боясь, что меня засекут.

Папаша тогда даже храмовника вызывал, ведь кто должен бороться с нечистью, обитающей старых замках, на кладбищах, и в других богоугодных местах? Конечно же храмовники, и лучше всего из Храма Создателя. Всегда лучше приглашать главного специалиста, а не сотрудников его многочисленной бригады. Не из Храма Любви, и не из храма покровителя кузнечного мастерства — сразу их непосредственного начальника.

Но только ничего у них не вышло.

Храмовник ходил по коридору, важно распевал молитвы и рассказывал, что против настоящего, верующего в нашего Создателя человека ни один призрак не устоит — особенно если побрызгать Слезами Господними (В роли Слез выступало оливковое масло, освященное в алтаре храма). В конце концов, он был вынужден бежать от гнусного призрак, и запах от храмовника шел совершенно отвратный. Вот не надо было ему плотно питаться перед этим самым сеансом экзорцизма. И бежать трудно, и последствия неудавшегося экзорцизма уж больно получились вонючими. Говорили, что его потом отправили в отставку — за действия, позорящие честь служителя Храма. И что он сделал позорящего? Все естественно, все по природе.

Уже уходя из замка Храмовник заявил, что бессилен против адской твари, которую не берут даже Слезы господни, и что он настоятельно рекомендует не ходить в этот мерзкий коридор. Правда деньги за освящение и экзорцизм все-таки взял. Работал же! И ведь не просто так, ради бога деньги берет."

"В общем — отвадил я желающих прохаживаться по Черному Коридору, и теперь никто не сможет услышать сквозь стену, как я постукиваю чугунным пестиком в чугунной же ступке.

Прежде чем сделать снадобье — растение ведь надо высушить и растолочь.

Вот и сейчас — мне нужен был абсолютно сухой порошок, такой сухой, такой мелкий — чтобы при выбросе в воздух он висел в нем как утренний туман. Некоторое время висел.

Я нажал камни в определенном ритме, дверь развернулась, пропуская меня в тайное помещение, и повинуясь моим рукам снова закрылась, образовав со стеной ничем не отличающийся от кладки рядом монолит.