Бернаут

 – Учитывая, что тренироваться нужно минимум три-четыре раза в неделю, сумма выходит ощутимая. И вот этим всем Лили может пользоваться совершенно бесплатно здесь, в «Святом море». Так что ее желание взяться за мои соцсети – скорее акт благодарности, нежели страдания, – пояснил он. – Это дает мне свободу не забивать голову телефонной дрянью. Но главное, я вижу результат. Она собрала почти миллион человек. А люди – это реклама. Реклама, – он указал на логотип Red Bull на своей футболке, – это деньги. А деньги – это та же свобода.

Я на секунду опешила.

– Выходит, ты даже не читаешь то, что о тебе пишут?

– А зачем? Мне не интересно чужое мнение. Меня устраивает быть тем, кем я являюсь. Не доказывать кому-то, что я лучше, чем я есть. Не строить из себя кого-то другого.

Вот только я не была уверена, что все так и есть. Но промолчала.

– Ну так что? – снова зажал он между пальцев монетку. – Сыграем? – глядя на меня так хитро, словно говорил вовсе не о детской забаве, а о другой, в которую мы играли вот уже вторую неделю и только по своей огромной глупости и воле.

– В следующий раз, – громко произнесла Лилиан, возвращая все внимание к себе, и помахала телефоном.

А мне оставалось лишь надеяться, что когда-нибудь я смогу ответить Бланжу «да», потому что наконец пойму правила.

Глава 18. Мой герой

Уверенная победа Бланжа на «Орлеан-Арене».

Комментарии (220):

::: Вся Америка сейчас: хахаха.

::: Срань, парни, а за кого теперь болеть?

::: Давайте признаем, этот пацан быстр. Марсу уже скоро тридцать – а малыш Б хорошая ему замена.

Почти неделю, пока Бланж был на соревнованиях, я провела за изучением особенностей спортивной фотографии и теперь отчаянно нуждалась в практике. Благо далеко ходить не требовалось. Вот они, на твоих глазах: взлетают по трамплинам, гоняют по трассе, перепрыгивая препятствия. Правда, на деле все оказалось сложнее, чем я предполагала.

Мотокросс – шумный и грязный вид спорта. Мне пришлось обойти весь трек пешком, полежать на земле и, изваляться в пыли, чтобы найти более-менее удачные ракурсы. В сотый раз обгореть, надышаться горячим воздухом, а в качестве финишного аккорда Лаклан, проезжая мимо, окатил меня потоком липкой жижи из-под заднего колеса. С ног до головы.

– Никогда не стой в этом месте, – крикнул он, раздраженно вскинув руку, пока я застыла, словно статуя, чувствуя, как грязь стекает с кончиков волос.

Я никогда не любила ругаться, потому что всегда считала: это удел слабаков, но сейчас изо всех сил хотела заехать ему по морде. Именно в таком состоянии меня и увидела Лили, проезжавшая мимо. Она уверила, что у нее есть шампунь, который даже из моих запутанных кудрявых волос любую гадость вымоет.