Браслет императрицы

– Я только вошла…

– Ну, извини! Я думал, ты все время дома…

– Да нет, знаешь, сколько всяких дел… А ты что звонишь-то? С Ленкой что-то случилось, или с внуками?

– Да нет, типун тебе на язык! С ними, слава богу, все в порядке. Ты же меня сама просила позвонить, если я что-нибудь узнаю про твоего знакомого…

– Про какого знакомого? – переспросила Надежда Николаевна, которая после бурных событий сегодняшнего дня вообще забыла, о чем просила Пашу.

– Ну, ты даешь! – В Пашином голосе прозвучала плохо скрытая обида. – Сама сказала, что для тебя это очень важно, я всех знакомых на уши поставил, чтобы узнать что-то про Жорку Шмелева, а ты про него уже забыла…

– Ой, Пашенька, извини, – спохватилась Надежда. – Я тут просто с хозяйством закрутилась…

тесто у меня не поднимается… – Надежда решила приврать. – Вот я и не врубилась сразу, о чем речь. А так мне действительно важно все, что ты узнал про Жору, – что он собой представляет, чем занимается…

– Тесто? – переспросил Паша, выхватив часть из ее реплики. – Ты пироги печешь? А с чем?

– С капустой, – выпалила Надежда Николаевна первое, что попало на язык.

– О, мои любимые! – завистливо вздохнул Павел. – Ты бы повлияла на Ленку. Может, она тоже пирог испечет.

– Ну, уж Ленка у тебя отличная хозяйка! – вступилась Надежда за подругу. – Не знаю, чего тебе еще нужно!

– Пирогов, – честно ответил Паша. – Хозяйка-то она, может, и хорошая, а пирогов с капустой лет пять не печет! Я уж не говорю про пироги с яблоками или, к примеру, с курагой…"

"– Ой, да ладно тебе! Вы, мужья, вечно чем-то недовольны. Если бы она пекла пироги, ты бы еще что-нибудь придумал. Заявил бы, что хочешь винегрета. Или киселя. Скажи лучше, что тебе удалось узнать про Жору. Где он сейчас живет?

– Нигде, – ответил Павел каким-то странным тоном.

– То есть что значит – нигде? – переспросила Надежда. – Все люди где-нибудь живут, хоть на съемной квартире. Ты хочешь сказать, что у него нет своего жилья?

– Я хочу сказать, что умер Жора Шмелев, – неохотно проговорил Павел. – Такие дела.

– Как – умер? Что значит – умер? Я ведь только…

Она хотела сказать, что только сегодня видела Георгия в офисе фирмы Мясникова, но вовремя прикусила язык.

– Умер – это и значит умер! – изрек Павел философскую сентенцию сомнительной свежести. – Замерз Жора по пьяному делу.

– Как замерз? Сейчас же тепло…

– А кто говорит про сейчас? Он уже пять лет назад замерз, в самые холода.

– Ничего не понимаю! – протянула Надежда.

– А чего тут понимать? Выпивал наш Жора, по пьяному делу и замерз…

Павел сделал подобающую паузу и продолжил:

– Он после института в Пскове работал, выпивать тогда уже начал. С одной работы его поперли, потом с другой.