Брат мужа

40

К машине, вблизи кажущейся еще больше и монументальней, подхожу с неистово бьющимся сердцем. Нервно тереблю ворот пуховика, переминаюсь с ноги на ногу, смотрю в тонированные стекла пассажирского места.

Вся решимость, до этого мощно пинавшая меня действовать, делать хоть что-то, только не сидеть и не жалеть себя в своем насквозь фальшивом мире, куда-то девается, и я уже готова развернуться и трусливо побежать прочь, но в этот момент дверь водительского распахивается, и появляется Иван.

Он быстро обходит машину, не сводя с меня прищуренного напряженного взгляда, и молча открывает дверь.

Не говорит ничего, никак не комментирует мое появление здесь, просто приглашает… Переступить черту. Самой."

"Дает понять, что сейчас это будет уже полностью мое решение. Без давления. Без принуждения.

Решить.

И принять ответственность за это решение.

Я смотрю в его глаза… И так же безмолвно кладу пальцы в протянутую для помощи ладонь.

Иван тут же стискивает мою руку горячими жесткими пальцами, направляет второй ладонью, едва касаясь, лишь намекая, а не указывая, помогает забраться на высокое сиденье джипа.

Захлопывает дверь.

И мне показалось, или реально выдыхает, перед тем, как отправиться на свое место?

Надеюсь, что не кажется.

Надеюсь, что он тоже волновался, переживал… И теперь в легкой панике, как и я. Хотя, я не в легкой. Я в трансе, в ужасе!

До сих пор не верится, что происходящее — не мой очередной сон, что это реально!

Жуткое пограничное состояние, понимание того, что сейчас происходит что-то безвозвратное. Событие, от которого пойдет отсчет новой жизни. Плохой, хорошей… Этого я не предугадаю. Но определенно новой.

Мы выезжаем со двора, и я, не удержавшись, бросаю взгляд на окна своей квартиры. Они темны, едва светится ночник на кухне. Тускло, печально. Потерянно.

Моя квартира словно оплакивает мое отсутствие, мой побег, смотрит вслед тусклым старушечьим взглядом…

По телу побегает дрожь, и я машинально кутаюсь в пуховик. Ноги голые, надо же, только теперь обращаю на это внимание. Это насколько же я не в себе была, когда выбегала из дома?

Ловлю тяжелый взгляд Ивана на своих голых коленках, замираю, когда он все так же молча тянет ко мне ладонь. Он… что? Он хочет меня коснуться? Сейчас? Прямо здесь?

Но Иван просто трогает затворки вентилятора, чтоб теплый воздух направлялся в ноги.

Эта молчаливая забота неожиданно успокаивает. И нет, я не дура, я вполне отдаю себе отчет, на что соглашаюсь, выбегая ночью из дома к чужому мужчине в машину. И я знаю, чем все закончится, что он делать со мной будет.

Но конкретно сейчас я не готова. Я вообще еще основательно не в себе, и мысли в голове судорожными белками скачут.