Брат, вспомни все!

— Будешь, значит… Это хорошо. Тебе хорошо и мне… Поднимайся…

Седой подал ей руку, помог подняться с колен.

— Как зовут-то тебя?

— Леля…

Страх отпустил ее. Вернулся дар речи.

— А ты вправду ничего из себя девка… Седой сказал это так, будто от кого-то уже слышал о ней.

— Грязная только. И воняет от тебя…

— А это не моя вина, — попыталась оправдаться Леля.

— Не твоя… Ты же не из бомжей?

— Нет… Я случайно среди них оказалась…

— Думаешь, это тебя спасет? — омерзительно усмехнулся Седой.

— Не знаю… — жалобно посмотрела на него Леля.

— Да была бы ты дочерью самого Президента, мне все равно… Но я могу подарить тебе жизнь.

Седому доставляло удовольствие ощущать свое превосходство над ней.

— И ты уже знаешь, что может тебя спасти… Знаешь, я спрашиваю?

Леля кивнула. Да, она знала, чем можно заслужить пощаду.

— Вот и хорошо, что ты знаешь… Пошли…

Он взял ее за руку и повел за собой. За ними двинулись и автоматчики. Снова та же тропинка. Но по ней они вышли на другую поляну.

Несколько длинных изб. Тоже что-то вроде бараков. Одно строение возле другого — чинно в ряд стоят. Между ними аккуратные дорожки, деревянные беседки — что-то вроде курилок. Люди курят — все те же парни в камуфляже. Все без оружия. Слышны голоса, смех. Вроде обычные парни. Только заблуждение это. Обычные парни так просто безоружного человека не застрелят.

— Здесь мы и живем, — сказал Седой.

— Кто это «мы»? — спросила Леля.

— Меньше знаешь — больше живешь, — был ей ответ.

На пути к баракам стоял бревенчатый дом с оградой. Спутниковая антенна на крыше, занавесочки на окнах. Во дворе банька. У калитки часовой с оружием. Он пропустил во двор Седого и похабной улыбочкой проводил Лелю.

В доме три комнатушки. Мебель деревенская. Стол из тесаных досок, двуспальная железная кровать, самодельный шкаф, тумбочка — на ней здоровенный японский телевизор. Магнитофон двухкассетный. А еще затертое чуть ли не до дыр кресло. В него-то и уселся Седой. Расслабился. Замаслившимся взглядом посмотрел на Лелю. Поманил ее к себе. Знаком велел встать перед ним на колени.

— А ну покажи, как ты хочешь жить?.. Леля жить хотела. Пришлось показывать. Ей не нужно было объяснять, что именно нужно показывать… Она старалась…

— Слушай, а у тебя это здорово получается, — похвалил ее Седой, когда все было кончено. Леля только вздохнула.

— Я еще и не то могу, — сказала она. Невесело сказала. Без всякой гордости. А чем гордиться?

— Верю, — похабно хохотнул Седой. — Потому и не буду убивать… Это, сейчас для тебя баньку организуют. Помоешься конкретно. Бельишко свое простирнешь, все такое. Короче, чтобы к вечеру свежая была. Сегодня мы водку с тобой кушать будем. А потом….