Брегет хозяина Одессы

По словам Бени, это был самый настоящий бандит, бессарабский разбойник. Тогда не было такого понятия «вор в законе». Интересно, что обоих не казнили. Котовский сбежал, а Митьку отправили по этапу. Двенадцать лет каторги – такие дела. Бедняга уже попрощался с Одессой, и напрасно. На каторге его встретили с уважением. Не важно, что ему было шестнадцать лет, зато за его плечами убийство – такие дела. Дмитрий многому научился у закоренелых каторжан и понял одну нехитрую истину, о которой потом говорил Бене: «Чтобы тебя уважали, не обязательно убивать». Он просидел всего десять лет, а потом революция – и амнистия. Он вернулся в апреле семнадцатого, уже не мальчик, а настоящий бандит. Кстати, Китайчиком его прозвали на каторге. Наверное, за разрез глаз. Прежнего Митьки уже не существовало – он погиб вместе с полицейским. А новый не собирался работать и голодать, он решил прибрать к рукам родной город. Прежде всего Дмитрий изучил расстановку сил, как говорят. Банд в Одессе всегда хватало, но одна выделялась особо. Банда Фроима Грача. Не слыхал?

– В институте нам рассказывали о нем, – улыбнулся Геннадий. – Одноглазый налетчик.

– Верно, – кивнул Северный. – Дмитрий пошел к нему и предложил себя в преемники. Грач поначалу решил его проверить и послал ограбить одного торговца. Но как ограбить без крови? И Митька придумал. Знаешь, с того дела все стали говорить о его так называемой вежливой манере. Он написал жертве письмо: «Пожалуйста, положите двадцать тысяч рублей под деревянные ворота на Софиевской. Если вы этого не сделаете, вас ждет такое, о чем будет говорить вся Одесса».

– Я бы не заплатил, – усмехнулся Беспальцев. – Грач и другие наверняка действовали смелее.

– Вот-вот, – обрадовался дядя его догадливости. – Торговец не заплатил. И банда убила его коров. Митька не мог смотреть на эту расправу. Он боялся любого вида крови – такие дела. Когда с несчастными животными было покончено, он отправился к торговцу и напомнил о письме. Тот, разумеется, заплатил. Грач предложил ему место своего преемника. И в Одессе началась эпоха Китайчика, вежливого бандита.

– Ох, если бы все бандиты боялись крови! – выдохнул следователь."

"– После смерти Грача, – продолжал дядя Боря, – его банда захватила контроль над Одессой. У них была строгая иерархия. Беднота его обожала. Он никогда не грабил бедных, наоборот, отдавал им деньги, устраивал столы по праздникам. Этакий Робин Гуд, надежда и защита города. Благородный криминальный король, не лишенный чести… Я рассказал тебе об Утесове, но артист не оказался в одиночестве. Были другие подобные случаи. А что ты скажешь о законе не грабить врачей и учителей? Беня не знал в Одессе ни одного уважаемого человека, который не был бы в восторге от Митьки.