Будь моей няней

Но ему с трудом удавалось скрыть его.

— Конечно, понимаю… — растерянно пробормотал он, отведя глаза.

— К сожалению, моя оплата не покроет мои непредвиденные траты. Даже то немногое, что мне удалось скопить, придется тоже пустить в дело. Я понимаю, это неожиданно… вы рассчитывали на меня…

— Да, рассчитывал… — кивнул Робертино расстроенно. — То есть нет, конечно! — спохватился он. — Все в порядке… Но как же Морок? Если ему не сделать операцию в этом месяце, он умрет! А мы так долго шли к этой маленькой победе…

— Простите… я должна думать о себе и своем будущем… у меня тоже никого нет, кто обо мне позаботится, если я заболею…

Я резко развернулась и поспешила на выход.

Не могла смотреть в глаза Робертино, не могла находиться больше среди этих клеток, откуда с укором смотрели на меня глаза измученных животных. Душили слезы и вина.

Девочки побежали за мной. Я быстрым шагом спешила домой, они брели следом. Не прошли и двухсот шагов, как раздался рев и вой. Не знаю, кто не сдержался первым. Просто Памела и Камилла плакали тихо, а Элли всегда на весь Магистратум.

Я остановилась и развернулась:

— И чего мы ревем? — строго спросила я.

— Простите нас, мэлл Имма, — кинулись мелкие ко мне, уткнувшись кто в бок, кто в живот, орошая юбку слезами.

— Мы все возместим, — сказала Камилла, нервными движениями смахивая слезы.

— Возместите что?

— Стоимость платьев, — сказала Камилла.

— Мы заплатим вам, — кивнула Пэм, а следом и Элли.

— Чем вы мне заплатите? Вы уже оплатили мою заботу о вас вот этим, — кивнула я на рукава. — У вас нет ничего, чем вы можете мне возместить ущерб. Ни денег — ничего. Вам ничего не принадлежит. Все принадлежит графу.

Вы еще ни тина не заработали.

— Папа заплатит, — сказала Памела."

"— Ваш папа мне платья не портил. Я от него ничего не возьму, кроме зарплаты, которую мне придется потратить на новые платья по вашей вине.

— Мы заработаем, — предложила Пэм.

— Как? Что вы умеете? — спросила я.

Девочки потупились.

— На этом закрыли тему.

— Но попугайчик умрет… — горько зарыдала Элли.

— Что ж, значит, ему не повезло. Дважды. Когда над ним поиздевались недомаги. И когда в его судьбу вмешались три избалованные девчонки. Зато, надеюсь, его смерть послужит вам укором и уроком на будущее.

Наверное, это было жестоко. Но я не видела иного пути донести до девочек, что у каждого, даже у самого незаметного и, казалось бы, несущественного поступка могут быть необратимые последствия.

Конечно, попугаю ничего не грозило, и я бы в любом случае нашла выход, и даже не отказалась бы от помощи графа — гордость тут не к месту, когда речь идет о спасении чьей-то жизни. Но девочек надо было проучить. Так, чтобы запомнили на всю жизнь.

Глава 56

ТИШИНА И ПОКОЙ.