Будь моей няней
Желая поддержать морально подругу при трудоустройстве, пошла с ней за компанию к графу — и оказалась в гувернантках трех его дочерей, прозванных в нашем городке монстриками. Все, кто был приставлен к ним до меня, бежали от своих воспитанниц в ужасе, называя их злыми, упрямыми, своенравными, капризными и прочими нелестными эпитетами. Мне-то за что такое счастье? А еще ведь есть их вдовец-отец с возмутительно синими глазами. И характером дочери явно пошли в него.Так кто же первым выбросит белый флаг в нашей схватке? Или любовь вновь сотворит чудеса?
— Из ее глаз полились слезы.
— Моя мать продала меня за тридцать золотых, когда мне было столько, сколько сейчас Мири. Как думаешь, я должна ее любить?
Надина перестала плакать и уставилась на меня круглыми глазенками.
— Ты любишь папу и сестер, потому что они тебе не делают ничего плохого. Они любят тебя, и ты отвечаешь любовью. Я не знаю, что у тебя произошло с мамой, но, видимо, она тебя сильно чем-то обидела или разочаровала. И в этом нет твоей вины.
— Да, обидела. — Лицо девочки вытянулось при воспоминании о прошлых огорчениях, и нижняя губа обиженно выпятилась. — И с папой они постоянно ругались. Как сейчас с Камиллой.
— Когда человек постоянно делает что-то, что тебя обижает, откуда взять любовь к нему? Ты не должна винить себя, что ты не любила маму. Но она умерла, и тебе надо найти в себе силы простить ее. Для самой себя, — вздохнув, вспомнила я, что смогла простить Лероя, только когда он умер. В чем раскаивалась до сих пор. — Обиды нельзя копить, они отравляют сердце, — добавила я, показав на левую часть груди.
Да, Надина сейчас не поймет того, что я говорю. Но слова отложатся и, может быть, когда-нибудь найдут отклик в нужный момент.
— Камилла становится похожей на маму, — пожаловалась Надина. — Такая же злая и всех обижает.
Я не стала одергивать девочку, чтобы она не говорила так об умершей матери. Должен же быть в ее жизни кто-то, кому она расскажет о том, что ее беспокоит, не боясь осуждения. Иначе она просто закроется, как улитка в домике, и больше не доверится.
— Вы все по-разному переживаете смерть матери, — вздохнула я. — Камилла — вот так ощетинившись. Конечно, это не лучший вариант, но будем надеяться, что это пройдет. Скажи, пожалуйста, тогда, как мне тебя лучше называть? Может, Памела, как папа и Камилла? Почему ты тогда сказала, что тебе все равно?
— Все бы подумали, что я не люблю маму, — опустив глаза, тихо сказала Надина.
— Ты боялась осуждения. Напрасно. Ты сама вправе решать, как тебя звать. Камилла же выбрала себе имя, и ее никто не осудил. Скажи, что имя Памела тебе больше нравится.
— Но имя Надина мне тоже нравится. Оно красивое, — засомневалась девочка."
"— Очень красивое. У тебя есть время подумать. Это не к спеху. Но чтобы не путаться, давай я тоже буду называть тебя Памелой, как все. А то со стороны это странно звучит и путает людей. Хорошо?
— Хорошо, — облегченно согласилась девочка. Выбор сделан за нее, и в данный момент это ее обрадовало.
— А сейчас давай настраиваться на крепкий сладкий сон. Ведь у нас завтра столько дел! Ты поможешь мне украсить комнату Мири к ее приезду? Давай я тебя обниму, как обычно. Ложись, да, вот так. И скажи, воздушные шарики каких цветов развесим? Одного цвета или разные? Разные? Хорошо. А по краю потолка или в середине висеть будут? В середину? Ладно.
Подборки для вас
Зарубежные любовные романы
Все книги →Юмористическая фантастика
Все книги →Эзотерика
Все книги →
Исповедь болячки. Книга 5
Мастер сновидений. Словарь-сонник.
Сказ о Ясном Соколе. Прошлое и настоящее
Bad Therapy: Why the Kids Aren't Growing Up
Путь светлого мага: Практическое пособие для начинающих. Практическая магия. Магия: практическое руководство: Базовый курс по экстрасенсорике
Свобода от смерти










