Будь моей ведьмой

* * *Свадебный торт меня впечатлил — пятиярусная махина с изображением меня и Стужева в джинсах и местами порванной одежде, но главное, в окружении марципановых розочек. Глядя на все это, я почему-то думала только об одном — кто его есть будет?!

— Ритусь, ты какую мою майку хочешь? — раздался голос Александра из спальни.

Интересный вопрос, учитывая, что на кресле лежал комплект белоснежного шелкового одеяния — пеньюар и ночная рубашка.

— Саш, да тут вроде как есть, — отозвалась я, поплотнее обматываясь полотенцем.

Он вышел из спальни, посмотрел на комплект, на меня, туда, где начиналось полотенце, снова на меня, но на этот раз в глаза, и вдруг тихо признался:

— Хочется видеть тебя в чем-то… моем.

 — На его губах появилась совершенно фантастическая улыбка.

И что я могла сказать на это?

— Давай майку, — покорно согласилась новобрачная."

"Стужев кивнул и вдруг подхватил на руки и утащил в спальню, как самую ценную добычу. Я не визжала, я помнила про наследственную клептоманию. И вспомнила о ней повторно, когда у меня украли полотенце, прямо с меня причем.

А затем Стужев очень заботливо надел на меня белую шелковую майку без рукавов. Старательно поправил на груди, максимально натянул внизу. Получилось ну очень короткое платьице. Тоненькое такое и самое интересное — на груди тоже тоненькое, а потому…

— Выплаты по кредитам начнем незамедлительно, — охрипшим голосом обрадовал меня… мм… муж.

— У нас там свадебный торт пропадает, — напомнила я, осторожно отступая от кредитора.

— Маргоша-Маргоша, — укоризненно произнес начинающий служащий коллекторской конторы, — выплаты по кредитам дело серьезное, требующее ответственного и своевременного подхода.

— Сашшшенька, — я отступила к двери и вообще начала осторожно покидать места банковских разборок, — сомневаюсь, что кредиты необходимо выплачивать начиная со дня их получения. Мы вообще только поженились.

— А как же погашение процентов? — невозмутимо произнес Стужев, старательно пытаясь деятельность по настижению меня прикрыть медлительностью движений.

— Какие проценты, Стужев? — возмутилась я. — Они еще даже набежать не успели!

— Что значит «набежать не успели»? — полуголый внук Кощея продолжал плавное наступление.

 — Маргош, там все успело набежать уже через пару минут после… мм… первичных выплат.

И улыбка такая — наглая-пренаглая!

— Стужев, — я выскользнула за дверь, и продолжая отступление, — это уже не возвращение кредитов, это рэкетирский наезд получается!

— Рэкет — наше все! — торжественно провозгласил Князь.

И бросился на меня.

С диким визгом я рванула от него, оббегая по периметру стол со свадебным ужином.