Будь моей ведьмой

Меня схватили на входе в первый поворот, перекинули через плечо и потащили в спальню со словами:

— Раньше сядешь — раньше выйдешь.

— Стужев, ты сволочь! — заорала злая я.

— Даже спорить не буду, — ответила охамевшая няшка, по-хозяйски поглаживая все… что мог.

И вдруг остановился, уже как-то задумчиво поглаживая, а после выдал:

— Я же не ел сегодня.

После такого заявления я не могла не спросить:

— Вообще?!

— Да там так получилось. — Он перекинул меня с плеча на руки, развернулся и потопал к столу. — Понимаешь, утро… ты… и потом, когда ты к Ёжкам умчалась, кусок в горло не лез.

И прижал меня к себе. Крепко-крепко.

Стоял так, наверное, с минуту, а затем как-то совсем недобро произнес:

— Что-то я злиться начинаю, Маргош! — и добавил: — Сильно.

И на меня посмотрел. Внимательно.

Мне на его требовательный взгляд ответить было нечего, ну кроме:

— Сам сволочь.

— Ведьма, — не стал молчать Стужев.

— Кощей! — Да, мне тоже было на что злиться.

Но тут Стужев как-то так скривился, плечами передернул и решил:

— Ладно, я с тобой после ужина разберусь.

И понес к столу.

Принес, на стул усадил, а сам вдруг сел рядом на корточки и, глядя на меня снизу вверх, очень серьезно, без намека на иронию, спокойно сказал:

— Я люблю тебя, Рита. Действительно, очень сильно люблю. Я даже представить не мог насколько. Но если ты еще раз посмеешь провернуть хоть что-то подобное — убью сам! Лично!

Мне вдруг как-то нехорошо стало, а Князь продолжил:

— И да, я в курсе, что ты замуж за меня не хотела, но только рискни глянуть на кого другого — убью!

Стало еще хуже.

— За побег или попытку от меня свалить — тоже убью! — добавил Стужев хрипло и зло.

И я, не выдержав, так же зло ответила:

— Ясно, все поняла, иду писать завещание! — и попыталась встать.

От няшки, охреневшей после исполнения супружеского долга, раздалось громовое:

— Сидеть!

Села. Ноги банально подкосились. Стужев протянул руку, погладил мои обнаженные коленки, улыбнулся и вполне миролюбиво продолжил:

— В остальном обещаю быть тебе нежным, любящим, заботливым, страстным, терпеливым и верным мужем.

Улыбнулся шире, глядя на мое прифигевшее выражение лица, а затем добавил:

— Кстати, ты в курсе, что я знаком с представителями Преисподней? — Я не ответила, он ответа и не ждал, он нагло продолжил: — Это я к тому, Маргош, что рискнешь сдохнуть — станешь моей собственностью навеки.

Вопросов не было. Перепуганная после порции угроз в духе Стужева, я молча потянулась, взяла тарелку с каким-то салатом типа «Перепелки в саду» и все это осторожно, нежно и даже ласково, втерла в рожу своего охреневшего мужа!

Сидящий на корточках объект приложения ведьминских стараний застыл.