Дракон коварный, одна штука

Одновременно вспомнилась защита поместья семьи эр Харринтер, затруднившая телепортацию, и я оскалился. В поместье всё было грубее и безыскуснее, а тут мастерство высшего порядка. И почему меня не удивляет тот факт, что Нежный такое сотворил?

Но Небо, как же мне надоел этот малёк! Почему я не избавился от него в первый день?!"

"Ещё секунда, я сделал шаг назад и, развернувшись, направился к лестнице. Ужасно хотелось кофе – того, который из зёрен, - но повторять эксперимент с самостоятельным приготовлением я не решился. Мой напиток получался гадким. Нет уж, потерплю.

За неимением кофе пришлось спуститься в кухню новобранцев, выпить там воды и, поймав несколько перепуганных взглядов топтавшихся там кадетов, улыбнуться шире прежнего.

- Успокойтесь, - сказал птенцам, - сегодня полигонов не будет.

Парадоксально, но они не расслабились. А в миг, когда в кухню заглянул рыжеволосый Йерс, мне захотелось изменить решение, но…

- Никаких полигонов, займёмся другими делами, - мой голос прямо-таки сочился оптимизмом.

Новобранцы… Вообще создалось впечатление, будто они дружно пожалели о решении поступать в мою школу. Пришлось гаркнуть:

- Да не дрожите вы! Где ваш боевой дух? Где смелость?

- С вами никакой смелости не хватит, - пробормотал рыжий.

Итог?

- Двести отжиманий, кадет! – распорядился я сияя.

Йерс тяжело вздохнул, но сразу перетёк в горизонтальную позицию. Принял упор лёжа, а я начал считать.

Все остальные сразу ретировались, ушли в спальную зону, чтобы притвориться мебелью. Но после того, как разговорчивый малёк выполнил назначенную норму отжиманий, я объявил общий сбор.

Ничего сложного действительно не планировалось. Просто выгнал всех на улицу, под мелкий моросящий дождь и сообщил, что самое время заняться медитацией. Вздох облегчения был громким и слаженным. Я скинул рубашку и тоже уселся на камень. Прикрыл глаза и временно отстранился от всего.

Нежный объявился в общих помещениях только к обеду. Мы столкнулись на той же кухне, нашем излюбленном месте встреч.

Выглядел кадет не очень, лицо помятое, глаза красные, голова втянута в плечи, а сам согнулся в три погибели и идёт еле-еле. Отдельный штрих – запах. От Эстаса пахло чем-то неестественным. Что-то точно было не так.

Увидав меня сидящим с отчётами и чашкой чая, малёк заметно позеленел и пробормотал:

– Здрасти.

Я отложил бумаги, откинулся на спинку стула и спросил холодно:

– Что с тобой?

– Нет, – ответил Харринтер. – Ничего.

Ничего-то ничего, но напоминало отравление. И чем он мог отравиться? Впрочем, учитывая как тут готовят, вариантов много.

– Проводить тебя в лазарет?

Нежный мотнул головой и выдохнул:

– Спасибо, обойдусь.

Этот его исполненный страдания хрип вызвал смешанные чувства.