Будешь моей, детка

Но вот пироги съедены, чай выпит, а на часах уже почти девять вечера. Я поднимаюсь и сообщаю, что мне пора домой.

- Заходи почаще, Стасенька, - говорит на прощанье тетя Таня и провожает меня до калитки.

Пес так и остался жить здесь, несмотря на то, что его лапа совсем зажила. Тетя Таня все равно его не выгнала.

- Да, никто не откликнулся, ну думаю, что ж теперь, пусть живет у меня. Привыкла уже. Да, Дружок?

- Спасибо большое, теть Тань, - искренне благодарю женщину, - за все.

Вот бы папа лучше нашел кого-то, похожего на нее, вот прям ее. И жили бы мы все вместе в таком светлом доме, а не поблизости от противной тети Люды.

И не вилось бы сейчас вокруг меня никакого Вити.

Впрочем, тетя Таня скромная, как и мой папа, сами бы они ни за что не сошлись. А вот такие, как тетя Люда лезут и сами хватают все, до чего могут дотянуться.

Мне боязно возвращаться домой, потому что я не знаю локации Вити, но, опять, же, надеюсь, он и сегодня запил со своими дружками. В смысле, я не желаю ему спиться, но в данном случае, главное, чтобы от меня отстал.

У подъезда ребятня играет в мяч, кто-то возится с бельем или просто сидит на лавочке, Вити в зоне видимости не наблюдается.

Также, как и его вездесущей мамы.

Иду дальше.

Коридор относительно пуст, а перед дверью в свою комнату я так вообще перехожу на цыпочки, чтобы тетя Люда не выкинула вчерашний номер.

Открываю дверь, быстро юркаю внутрь и поскорее закрываюсь на ключ.

И тут же обмираю, а рюкзак падает с глухим стуком куда-то под ноги.

Потому что на моем теле оказываются бесцеремонные руки, а в нос ударяет новая порция перегара, только более ядреная, чем днем, когда Витя был еще более или менее трезв.

Крик ужаса готов сорваться с моих губ в ту же секунду, но мой рот уже крепко зажимает потная, пропахшая рассолом ладонь.

Так грубо, что мне делается больно. Захватывает даже нос, отчего я с трудом могу сделать вдох.

- Ну, что, Стаська, попалась? – шепчет Витя мне в ухо, а я понимаю, что не могу пошевелить ни рукой, ни ногой. Я словно в тисках.

И теперь думаю только о том, как бы не потерять сознание от страха, безысходности и отвращения.

Глава 34

- Стась, ну, чего ты как неродная, - продолжает нашептывать Витя, а я мычу ему в ладонь и пытаюсь стряхнуть ее с лица, чтобы хотя бы появилась возможность нормально дышать.

Ведь как бы не было страшно и противно, я должна взять себя в руки. Собраться и не впадать в панику.

- Отпущу, если будешь вести себя тихо. Стась, я же тебе нравлюсь, так чего отпираться.

Я слабо киваю, и он убирает руку с моего лица.

Но не успеваю я выдохнуть от облегчения, как его губы присасываются к моим, а язык пытается протиснуться в мой рот.

Я снова мычу, от еще большего отвращения, параллельно вспоминая, где я в последний раз видела биту. Кажется, у кровати. Да, точно.