Будешь моей женой. Снова (СИ)

Что же меня так скрутило-то? Чем это лечится? Ну баба и баба!

— Здравствуй, Снежана, — набрал дочь Кириллова. Я обещал хорошенько оттрахать ее, вызывая ревность у жены. Пора исполнять обещания. У меня новая жизнь, бля! Но сначала дед.

Дом моей семьи стоял на берегу Финского залива. Я прожил в нем ровно до окончания школы, затем уехал учиться. Можно сказать, сбежал. Не мог под одной крышей с собственным отцом жить: он паинькой стал, когда мои кулаки окрепли, но я боялся, что после моего отъезда снова поднимет голову.

Но ни мать, ни сестра уезжать не хотели, а дедушка тогда был слишком занят бизнесом, чтобы контролировать климат в семье. Я не понимал своих родных женщин, но сделать ничего не мог. Почему-то мама решила, что жизнь — это крест, и ей нужно его нести. А Стася вообще жила в какой-то иллюзорной реальности.

— Проходи, — в кабинете сидел дедушка в инвалидной коляске, после инсульта ноги отказали. — Мне телефон оборвали адвокаты Савицких, требуют согласия на ваш развод.

Да, наш брак во многом был коммерческим предложением. И развод — это не просто разошлись супруги, это имущество, деньги, бизнес.

Мошенничество с нашими активами еще нужно доказать, а если получится, то сядет только Ярина, а она Нагорная по документам. Смог бы я сделать это с ней? Для меня это вопрос без ответа.

— Жены у меня больше нет, но развода не будет. Хрен ей, а не свобода.

— Святослав, — как обычно строго, — изволь не выражаться. Я этого не люблю, ты знаешь. А Ярина… — почему-то грустно улыбнулся. — Я думал, вы счастливы.

— Я тоже думал, — язвительно улыбнулся.

— Поговори с ней, мало ли, — дедушка с возрастом стал малахольным, но я уважал его и любил, не обращая внимания на возрастные изменения.

— Да черт с ней! — зло воскликнул. Не хочу больше слышать о Ярине. Пропала — туда ей и ее нагулышу дорога! Умерла так умерла. — Есть у меня мысль одна… — самое лучшее — это переключиться на дела и месть Савицким. Не сразу, но мы отыграем свои деньги, а потом они лишатся всего. Хорошо смеется тот, кто имеет терпение. Увы, это не моя добродетель, но я научусь. Буду ждать, чтобы потом станцевать на их костях.

Вечером я все же поехал в то место, которое считал домом пять лет. И я буду в нем жить! Неважно, что женатый, но без жены. Ярина не отравит меня настолько, что буду бежать даже от воспоминаний о ней. Она ведь не единственная женщина в этом городе, полно их, только пальцами щелкни. Снежана уже ждала меня в отеле с раздвинутыми ногами!

Внутри было тихо: то ли дом, то ли склеп? Даже прислуга не отсвечивала. Я поднялся наверх и, задержавшись у дверей нашей спальни, все же вошел. Не осталось и следа от бурной ночи, когда я потерял душу. Чисто, уютно, стильно. В гардеробе висели вещи жены, она абсолютно ничего с собой не взяла.