Две занозы для босса
Я Маргарита Цветкова – классическая неудачница.Хотя, казалось бы, умная, образованная, вполне симпатичная девушка.Но все в моей жизни не так. Меня бросил парень, бывшая одногруппница использует в своих интересах, а еще я стала секретарем с обязанностями няньки у своего заносчивого босса.Он высокомерный и самолюбивый, а это лето нам придется провести всем вместе: с его шестилетней дочкой, шкодливым псом, его младшим братом, любовницей и звонками бывшей жене.Но, самое ужасное – он начинает мне нравиться.Сильный, уверенный, красивый, но у меня нет шанса быть с ним, босс не любит блондинок.А может, все-таки есть?служебный роман, юмор, отец одиночкашкодливый пес и его шестилетняя хозяйка,лето, дача, речка, противостояние характеров, ХЭ
"
"Через десять минут страсти поутихли, Маргарита, заварив чай, разливала его по чашкам, все сидели за большим круглым столом, и никто не решался заговорить.
– А вы ведь знаете друг друга, да, отец? Тебе знакома Матильда Феликсовна. Ты бы не позволил, чтоб с тобой так разговаривала незнакомая женщина.
– Мама? Вы действительно знакомы?
Матильда, вскинув подбородок и красиво сложив руки на столе, посмотрела на отца, а тот – нет, я не верю, он опустил глаза. Ему что, стыдно? Толстяк Яша кашлянул, подавившись печеньем.
– Ну, может, расскажете, Дмитрий Борисович, все, или так и будем дальше сидеть, поджав хвост, и игнорировать меня?
– Тебя никто не игнорировал, много дел, компания, контракты.
– Хватит. Яша, мы уходим. Михаил, Павел, спасибо за чай, Марго, будь осторожна в этой семье, знаешь такую пословицу, что яблочки от яблони недалеко падают?
Ого, вот это страсти! Матильда встала, красивой походкой на высоких каблуках направилась к двери, Яша за ней. Пашка присвистнул, отец метнул взглядом молнии вслед женщине. Горячая и дикая штучка, эта Феликсовна, столько темперамента, как бы у отца давление не подскочило, у меня, кажется, уже на пределе.
– Мама!
– Все потом, дочь, у нас много дел, мы вообще ехали в гости к Целяпину, а застряли здесь.
– Отец, ты что, так ее и отпустишь?
Первый раз за то время, пока болела мама, и потом, после ее ухода, у отца был живой взгляд. Я не хотел замечать, но он словно сам себя заживо похоронил, погружаясь в работу, помощницу завел.
– Отец!
– Матильда, постой.
Она не ответила, но, открыв дверь, притормозила, хотела что-то сказать, промолчала, вышла. А мне хотелось пнуть этого упрямца, чтобы он пошел, объяснился, а не сидел пнем.
– Вот это дела, не зря приехал, Маргарита, есть что покрепче, кроме чая? Сам возьму, сиди.
Он все-таки встал, вышел, наверняка догнал ее и, может быть, скажет что-то или объяснится, хотя я толком ничего не понимаю.
– Софи, иди найди Пашу, давай, милая, беги, – отправил дочку искать брата. – Ты что-то понимаешь? Маргарита?
– А? Ой, я вообще в шоке, я никак не ожидала, что мама и твой отец знакомы. Она, конечно, женщина публичная, там разные выставки, презентации, местный культурный бомонд, она многих знает. А твой отец увлекается живописью или скульптурой?
– Нет, я такого за ним не замечал. Но, кажется, он увлечен твоей мамой.
– Ты знаешь, где-то месяца три назад она была такая загадочная, несколько раз не ночевала дома, писала что-то в мастерской и не показывала. Я еще подумала, что у нее роман, но не лезла с расспросами, у меня диплом, да и самой было не до того.
– Эмиль?
– Он меня бросил, если ты хочешь знать. Подло и мерзко, написал сообщение и больше не приезжал.

















