Будет все, как ты захочешь!

Пистолет, описав в воздухе дугу, упал в угол комнаты. Я приемом скрутила Бориса, хотя он пытался оказывать сопротивление и я даже получила все-таки один удар кулаком в челюсть. Во время нашей непродолжительной борьбы Вера Николаевна бегала вокруг нас и причитала. Но когда увидела своего родственничка с заломленными назад руками, рухнула на стул, закрыла лицо ладонями и беззвучно зарыдала. В это время мы услышали, как продавщицы стучат в дверь:

– Вера Николаевна, вы в порядке? Что там у вас происходит? Может, милицию вызвать?

– Так, граждане уголовнички, сопротивляться бесполезно. Вера Николаевна, вы слышите? Дайте мне пояс от вашего платья. Да не от пальто, он слишком толстый, от платья. Что вы так расстроились, мадам? В тюрьме люди тоже живут…

Я связала Борису руки за спиной, причем он пытался брыкаться, но я дала ему один раз по такому болезненному месту, что он не решился больше рыпаться. В это время раздался стук в дверь:

– Татьяна, ты там? – услышала я родной голос моего старого друга Андрея.

– Там! – крикнула я, но открыть дверь не успела: кто-то из ребят выбил ее одним ударом. В комнату ворвались бойцы в пятнистой форме и положили всех нас на пол. Ко мне подскочил Андрей:

– Мать, ты жива? Цела? Ты не ранена?

– Ну зачем вы дверь-то выбили? – сказала я. – Я бы и так открыла.

– Я думал, они тебя в заложники взяли. Продавщицы сказали, что слышали крик и шум…

– Это я их в заложники взяла.

В это время тетю с племянником обыскали, надели на них наручники, усадили на стулья, которые поставили у стены. Я показала, где лежит выбитый мною пистолет. Эксперт осторожно подцепил его, положил в целлофановый пакет. Я пошла в кабинет Веры Николаевны. Там за дверью в уголке скромненько стояли четыре коробки. Андрей принес эти коробки в комнату, где мы все находились, и подозвал к ним какого-то своего сотрудника:

– Ну-ка, Леха, взгляни. Это по твоей части. Что скажешь, эксперт?

Леха открыл одну коробку и заглянул внутрь, потом достал упаковку каких-то таблеток, прочитал:

– Клорефакс. Так, это сильный сердечный стимулятор, в сочетании с алкоголем вызывает сердечный приступ, человек умирает. А здесь у нас что? Похоже на кокаин. Андрей, взгляни. А это… О! Клофелин. Да тут целая фабрика смерти!

– Кстати, Семенков был накачан именно клорефаксом, – сказал Андрей, – только что заключение получили. Да, хороший у вас семейный бизнес, ребята. Ну а вы-то, Вера Николаевна, как в такое дело ввязались? Я еще понимаю, эти отморозки и раньше наркотой занимались, но вы-то женщина в… солидном возрасте, вы что, не понимали, на что идете?

– Пять лет назад Бориса посадили, – сказала она охрипшим голосом, – а буквально за два дня до ареста он принес мне «дипломат», просил на время спрятать.