Будет все, как ты захочешь!

А замуж хочется! Она и красится для этого, и наряды дорогие покупает, даже парик за три тысячи, представляешь?

– Парик за три тысячи? Нет, не представляю, – сказал Андрей грустно, – вот за две тысячи представляю, а за три… как-то не очень.

– Сейчас не до шуток. Слушай дальше. Мадам у нас оказалась женщиной изобретательной. Она решила снимать номер в гостинице. Я-то удивлялась: зачем оплачивать дорогой номер, если своя жилплощадь пустует? А потом поняла: именно пустует! А в гостинице много бизнесменов, я понаблюдала, здесь мужиков – пруд пруди. И кто возьмется утверждать, что все они женатые?

– То есть она, как твоя Стрекозова…

– Муравьева!

– Ну да, я и говорю, она решила так же знакомства искать, только не на кладбище, а в гостинице!"

"– Ну конечно! Раз в неделю она говорила домработнице, что едет к сестре в Покровск с ночевкой. На самом деле приезжала сюда и жила здесь. Юля мне сказала, что она странная: сидит утром в баре два часа, все ест и ест, по пять тарелок каши съедает и чая выпивает немерено. Я думаю, это она нарочно так долго сидела, пока все гости перед ее ясными очами не пройдут. И гулять постоянно бегала тоже за этим. Если сидеть в номере – кого увидишь? И кто тебя увидит? Она сюда не затем приехала. Вот она и бегала на улицу, убежит – через полчаса назад возвращается и стоит у двери, ждет, когда кто-нибудь пойдет, просит дверь ей закрыть или открыть. Это она так познакомиться хотела… Она и дорогой саквояж ради этого купила, это мне тоже домработница сказала. Здесь ведь все такие состоятельные люди, с «дипломатами» ходят… А еще я догадалась про мадам, когда Юля сказала, что она приезжала в гостиницу в любые дни недели, кроме воскресенья. Правильно, ведь в этот день постояльцев почти нет, ради кого приезжать? Ее задачей было как можно больше времени бывать в тех местах, где мужчины ходят. И Юлю она наверняка видела, как та заходила в номер Дениса. Мадам Верстакова, скорее всего, в этот момент возвращалась с прогулки и шла к себе. Шагов ведь не слышно. А когда стало известно об убийстве, мадам догадалась, что это Юля сделала. И очень испугалась. Юля – железная леди, никогда не улыбается, взгляд у нее такой… тяжелый, заметил? Мадам Верстакова говорила, что ей снятся глаза, ей страшно. Это она холодных Юлиных глаз боялась и даже хотела пойти в милицию и сказать, кого видела в тот день. И от страха она больше не приезжала сюда после убийства. Если бы не ее ослиное упрямство и заячья трусость, с Соней не случилась бы беда.

– Ну, пока все похоже на правду… Я говорю: похоже. Все надо еще доказывать и проверять. Ну а с Соней как получилось, что думаешь? – спросил Андрей.

– Нет, вообще-то я взялась найти убийцу, чтобы Дениса отпустили. Я свою задачу, считаю, выполнила, – сказала я, – Соня – это твоя головная боль.