Бывшие (СИ)

— Стеф, — выдыхаю я, — я никогда не страдала с тобой.

— Тогда почему? — задал он главный вопрос, вперив в меня тяжёлый взгляд, боль в котором я физически ощущала.

— Стёп, прошу тебя, это было просто глупое…

Меня прерывает включившийся автоответчик на Стёпином телефоне. Он беспрерывно вибрировал, пока мы были заняты друг другом, и видимо сработала какая-то функция.

— Степа, ну что ты дуешься! — вещал телефон, нежным, томным, женским голосом. — Я не рассчитала, не успела на самолёт! Любимый перестань дуться и возьми трубку! — потом писк.

Я смотрю на его застывшее лицо. И меня разбирает смех. Нет мне больно, обидно, и неприятно, но сейчас мне смешно, просто дикий смех разбирает.

— Лицемер! — выдаю я. — Какой же ты лицемер! — толкаю его в грудь, чтобы отошел от меня, но он не двигается.

— Дай мне пройти! — снова толкаю, и он перехватывает мои руки.

— Я ничего тебе не обещал, — цедит сквозь зубы, а во взгляде разливается досада.

— Это ты себя или меня утешаешь? — скалюсь я.

— И это ничего не меняет, — опять режет своим скрежетом.

— Да пошёл ты! — снова улыбаюсь, игнорируя тот факт, что он прижимает меня сильнее. — Ты только что трахал меня и называл своей, а вчера допрашивал с пристрастием, переживая, что меня может кто-то ещё имеет, а сам!

— Ты сама виновата Роза, ты сама всё закончила, и сама все начала, заново! — он уже вжимает меня в себя.

— Чего тогда держишь меня?

Он схватил меня за волосы и запрокинул голову.

— Ты же кайфуешь, когда я так с тобой обращаюсь! Млеешь, течёшь, от жёсткости! — фырчит он, обдавая моё лицо, горячим дыханием. — Я год сдувал с тебя пылинки, а надо было сжимать и давить, тогда бы ты не предала бы меня!

— Я не предавала тебя! — выкрикнула я, дёрнулась в его руках. — Это просто глупость, которую я совершила, чтобы ты понял разницу. Ты обидел меня, и я решила отомстить!

— Как? — он тоже орал. — Лечь под другого мужика?!

— Какой резон вести разговор, если ты не настроен на диалог. Ты так любил меня, но когда я совершила ошибку, выслушать даже не захотел, и сейчас ничего не изменилось! Давай трахай меня! — я дёрнула его ширинку, достала член, который быстро наливался, воспрял, развела ноги, и обхватила за бёдра. — Или отпускай!"

"Он зло толкнулся вперед, насаживая меня член, грозно взирая сверху. Ещё и ещё раз, пока не выбил из меня сдавленный вздох, но потом остановился и вышел из меня. Отступил, давая проход.

— Уходи, — отвернулся и оправился.

Я неуклюже встала, и накинула на оголённые плечи халат.

— Я знаю, что ты меня любишь, — говорю ему, — такую вот порочную лгунью, всё равно любишь, только себе самому осталось признаться.

Выхожу в коридор и плетусь до своего номера, как дорогу различаю, слёзы заливают все глаза.

14

Утром мы одновременно выходим из своих номеров.