Час негодяев

– Тогда – пошли, живо!

– Слава Украине!

– Героям слава!

Улица Грушевского была перекрыта баррикадами у памятника Валерию Лобановскому, там шли жестокие столкновения все время, особо жестокими они были вчера, когда «Беркут» предпринял попытку прорыва. Но никакого жесткого блокирования территории Майдана не было, можно было обойти через парк у стадиона «Динамо». Там вообще-то была титушня, но пройти можно было. Царил полный бардак.

Они рассредоточились, потому что группа из пяти человек запросто могла привлечь внимание титушек, а поодиночке мало ли кто идет.

Славик решил идти не по парку.

Он перелез через ограду, обойдя баррикады, и перебежал дорогу. Там был очень интересный Музейный переулок, он был как бы ответвление от Грушевского, треугольной формы, очень небольшой. Внутри этого треугольника было только одно здание – Национальный художественный музей. Но на него выходили тылом еще несколько зданий, и самое главное – именно в этот переулок можно было выйти и с Украинского дома (Институтская, 1), и с клуба Кабмина (Институтская, 7), и со здания Нацбанка (Институтская, 9 и 9 А), и даже с самого Кабмина (Грушевского, 12/2), если не хочешь светиться на Грушевского. Дело в том, что между Институтской и Грушевского существовал незастроенный пятачок территории, который был лучшим путем отступления снайперов. Туда можно было загнать одну, две, три машины, погрузиться и уйти. Уйти по Грушевского или даже через парк, мимо стадиона…

Он осторожно выглянул в переулок и увидел стоящий «Лэндкруизер» с украинскими номерами и грузящихся в него людей. С громоздким снаряжением. Один был в черной шапке. Моментально похолодевшими руками достал телефон – он позволял снимать, просто выставив телефон из-за угла, самому не высовываясь.

Поставил на запись видео и начал снимать. Снимал секунд двадцать, пока сзади не схватили…

Они оба узнали друг друга.

– Александр…

– Откуда у тебя эта куртка?

– Отец дал.

– Где он?

– Я не знаю.

– Где он?! Какого черта ты тут делаешь?!

– А вы…

– Отвечай на вопрос!

Первый выстрел ударил рядом с ними, подняв фонтанчик мерзлой земли. Человек, которого Славик знал как лучшего друга отца и офицера СБУ, резко развернулся, выхватывая пистолет. Славик успел увидеть стрелка – в черной куртке с капюшоном он стоял за оградой Мариинского парка.

Потом пули достали их, и они полетели на землю.

Славик пришел в себя вечером в какой-то больнице.

Он был ранен дважды, но оба раза не тяжело. Оба раза в руку. Его перевязали и укололи антибиотик…

Он попытался бежать, но обнаружил, что больница это странная – с охраной и решетками на окнах.

Офицер, который его спас, пришел только на третий день. Присел на кровати, положил рядом мобильник. Тихо спросил:

– Где твой отец?

– Не знаю.