Человек, который перебегал улицу

Даже если докажу, что несчастный случай не несчастный случай, а преступление, навряд ли получу помощников — нельзя же из-за одного преступления прерывать расследование других.

Первым делом я должен выяснить, откуда подошла женщина к дому сто тридцать девять. Нужно допросить тех, у кого окна в квартире выходят на улицу. Допросить Альберта Цауну из одиннадцатой квартиры, соседа пенсионерки. Он наверняка что-нибудь да видел.

Женщину обязательно должны были заметить, ведь она была с непокрытой головой. В феврале, когда все кутаются, такого человека замечают сразу.

Даже, может, не сознавая, но замечают. Подсознание намного восприимчивее сознания.

Сегодня я надеваю форму, потому что неразумно самого себя задерживать у дверей каждой квартиры, подолгу разъясняя, что я милиционер, и показывать служебное удостоверение.

— Форма тебе очень к лицу! — раньше говорила Гита, когда я, стоя у зеркала, завязывал галстук.

— Спасибо за комплимент, — отвечал я с такой же наигранной серьезностью.

— Разве что звездочки на погонах могли быть покрупнее, — подтрунивала Гита.

Иногда меня это задевало, но теперь мне так недостает этот подтрунивания.

Теперь мне многого недостает.

У дверей отдела сталкиваюсь с курьершей. Она вышла из автобуса, а я быстро шагаю вперед — когда на тебе мундир, иначе ходить нельзя.

— Добен, вам бандероль, — говорит курьерша и протягивает мне пакет.

Прямо на лестнице расписываюсь в регистрационной книге. На лестнице через окно увидел, как на черной «волге» подъехал Шеф. Шляпа из лимонно-желтой кожи блестит.

Мне надо попасть в дом номер сто тридцать девять, прежде чем тот завмаг уйдет на работу.

Значит, надо быстро сделать самое срочное.

Вскрываю бандероль, но заключение экспертизы даже не читаю. Меня интересуют фотографии отпечатков пальцев и кольцо.

Вставляю в пишущую машинку бланк и быстро отстукиваю письмо-запрос московским дактилоскопистам. Письмо вместе с фотографиями вкладываю в конверт, заклеиваю и надписываю адрес.

Пишу второе сопроводительное письмо. Ювелиру, который на полставки подрабатывает у нас экспертом.

Звонит телефон.

— Лейтенант Добен, зайдите ко мне! — Шеф, покашляв, добавляет: — Через десять минут.

— Слушаюсь!

Значит, с утра завмага я не застану, он уйдет в свою лавку, на базу или еще куда-нибудь. Тут меня осенило — надо ему позвонить. Открываю телефонную книгу и разыскиваю на букву «ц» — Цауна А. Улица Мэтру.

Трубку снимают сразу, как будто у телефона дежурили.

— Алло, — говорит мелодичный и нежный голос.

Оба долго звенят в воздухе, словно звуки камертона.

— Мне, пожалуйста, Альберта Цауну…

— У телефона… — Это уже другой голос. Мужской.