Черный человек

Если шутовство и ерничество не заходили далеко, не задевали честь мундира, не переходили в злопыхательство и насмешку, это забавляло, в ином же случае надо было уметь давать отпор. Такие люди уважали только силу.

– Не понимаю только, какого дьявола ему здесь… – фразы Шуман не закончил.

Клим молча скрутил ему руку за спину, так что тот пискнул от боли, отобрал блок кассет и повел, согнувшегося, к выходу. Открыв входную дверь, так же молча придал парню ускорение, проследил за траекторией полета и аккуратно закрыл дверь. Вернулся в гостиную.

Купава хмурилась и улыбалась одновременно, однако разговор повела резко:

– А ты горазд драться, мастер. Изменился. Раньше мог убедить словом, теперь же не брезгуешь и кулаком. Аль ослабел?

– Извини, – пожал плечами Мальгин, пряча принесенные Шуманом кассеты в карман. – Иной раз кулак намного убедительнее слова, особенно для некоторых твоих друзей. – В голосе его вдруг лязгнул металл. – Если он или кто-то другой предложат тебе ви-нарко, я из них дух вышибу! Передашь? Не забудь, пожалуйста, и ты меня знаешь: сказал – сделаю.

Одно меня удивляет: как это ты, талантливый психоскульптор, красивая, умная женщина, связалась с дилайтменами?[61] Чего тебе не хватает?

– Тебе не понять. – Губы Купавы задрожали, но глаза вспыхнули угрозой и злостью. – Они делают все, что я захочу, и мне это нравится! И не ходи больше сюда, слышишь? Ты чужой! Мне, Дану, дочери. Чужой! И пусть совесть твоя будет чиста: я сама способна постоять за себя, выбрать друзей, подруг, занятия и круг интересов.

Видимо, Мальгин побледнел, потому что зрачки Купавы расширились, она отступила на шаг, не спуская с него огромных глаз.

Прошептала:

– Уходи, Клим, прошу тебя, у нас давно уже разные дороги.

Внутри Мальгина что-то погасло. Он постоял немного, пытаясь избавиться от гулкого эха слова «чужой» в пустой голове, и побрел к дверям. Оглянулся, вбирая взглядом съежившуюся, как от удара, фигурку женщины.

– Людям, не слушающим советов, нельзя помочь. Я никогда не желал тебе зла, ты прекрасно это знаешь, поэтому и бесишься, когда я задеваю твоих друзей… которые на самом деле далеко не друзья, а враги.

Когда-нибудь ты убедишься в этом, дай бог, чтобы это случилось не поздно. Но не надейся, что я оставлю тебя в покое… по крайней мере до тех пор, пока не отыщется Даниил.

– А зачем его искать? – криво улыбнулась Купава. – Он сам…

– Что? – быстро спросил Мальгин. – Что сам?

– Сам отыщется, – нашлась женщина, явно чего-то недоговаривая. Но у Клима не осталось сил это выяснять. Купава вдруг оживилась, уходя от неприятной темы.