Черный человек
Космос всегда манил людей СЃРІРѕРёРјРё загадками. Р
– Причем с применением тонкой молектронной и мощной оптической техники, установленной на спутниках. Чтобы не спугнуть этих «наблюдателей», мы вынуждены работать сверхосторожно, поэтому результатов нет. Шаламов же продолжает, как мы считаем, искать свою жену. Найти ее нам пока тоже не удалось, – упредил инспектор вопрос комиссара.
– Найдите! – с нажимом проговорила Боянова. – Она – не иголка. Шаламов становится делинквентом[140] и может решиться на все. Перейдите от простой «дхияны»[141] к двойной.
Столбов наклонил голову, и связь прекратилась. Боянова проверила, как спит дочь, легла, несколько минут размышляла над услышанным, задремала было, но звонок видео заставил ее включить «домового» снова.
Но и после этого сообщения у Власты оставалась надежда доспать норму, требуемую организму – по рекомендации сестры, которая спала не меньше шести часов в сутки, несмотря на свои экстрасенсорные способности.
– Извините, если разбудила, но у меня странные предчувствия. Знаете, есть такая пословица: спящий под непрерывный шум просыпается от тишины. Так и я: все мои друзья вдруг замолчали, не звонят, и я подумала… где он?!
– Кто? – улыбнулась Боянова, изучая уверенное, гордое лицо красивой женщины.
– Мальгин, – произнесла ранняя видеогостья.
Боянова мимолетно подумала, что ее проницательность, к сожалению, имеет пределы. Во всяком случае, в те моменты, когда дело касается логики женщин.
– Вероятнее всего Мальгин, как и его друзья – Ромашин, Железовский… Хан, путешествует сейчас по сети орилоунского метро. Есть подозрения, что они отыскали в него вход.
Выражение лица Карой не изменилось, но в глазах промелькнули недоверие и озабоченность.
– И Джума… с ними?
– С ними.
– Понимаю… извините, вы меня обескуражили… То есть вы не знаете, где они? На Маате не появлялись, мы бы заметили. На Орилоухе?
– Тоже нет. Ищем. Особой тревоги нет, все четверо профессиональные рисконавты и умеют постоять за себя.
– Понятно. – Карой медлила, собираясь что-то спросить, но так и не решилась. – Всего доброго.
Изображение превратилось в веер света, втянулось в глазок виома.

















