Чертовски неправильное свидание

Секундой позже трусы и бюстгальтер каким-то волшебным образом исчезли, и я оказалась под ним абсолютно голая. К счастью для меня, на этот раз он тоже разделся.

– Вот так, – сказал он с довольным видом. – Теперь все идеально.

Я закатила глаза, но даже не предприняла попыток прикрыться. Мне нравилось, как он смотрел на меня – так, будто умрет, если отвернется.

Я все время ловила на себе голодные взгляды, но во всем была виновата «Оливия Дарлинг». Уолкер видел все сломанные части «Оливии Джонс», и он все еще смотрел на меня, как на самую дорогую драгоценность просто за факт моего существования.

С ним я чувствовала себя другой. Как будто мир больше не серый, а пестрит яркими красками."

"Я задавалась вопросом, что будет, если мы продолжим наши отношения, – и в то же время ненавидела саму мысль об этом.

– Итак… Что нового ты хотела бы узнать обо мне? – протянул он, вытаскивая меня из моих мрачных размышлений, как всегда это делал.

– Что-то, что никто о тебе не знает, – тут же ответила я, и он поцеловал меня, будто моя резвость его возбуждала.

Или он пытался заставить меня замолчать. Несмотря на это, мне очень нравились его методы.

– Готовься к тому, что твоя жизнь разделится на «до» и «после» после этой информации. Пути назад не будет, – сказал он мне очень серьезным тоном.

– Хорошо, давай, Дэвис.

– Фамилии, мне нравится твой стиль.

– Учусь у лучших, – хмыкнула я, подмигнув, когда его взгляд на секунду переместился с лица на мою грудь.

Я как-то забыла, что на мне нет никакой одежды.

– Ладно. Я… боюсь ананасов.

На мгновение я застыла, глядя на него.

– Извини… Что ты только что сказал?

– Ну, только когда они в моей пицце, но…

Я ткнула его в живот и фыркнула.

– Я думала, мы серьезно. Я буквально лежу здесь с голым задом, ужасно желая, чтобы ты меня трахнул.

– Я прекрасно понимаю. Но, пожалуйста, не стесняйся говорить «трахни меня» и после этого. Потому что это было чертовски горячо.

– Расскажи мне что-нибудь правдивое, – настаивала я, пока его пальцы скользили по моим бокам.

Он на мгновение замолчал, казалось, погрузившись в свои мысли – или пялился на мою грудь, не могу сказать точно.

– Мой отец умер десять лет назад. Однажды он проснулся, поцеловал мою маму, встал с кровати… и просто умер. А мама… она тоже будто умерла. Сейчас она как зомби. Милый, грустный зомби. Каждый день.

Я шокировано на него посмотрела. А потом… меня захлестнул стыд. Как я могла этого не знать? Казалось, он знал обо мне все… а я даже не подозревала о таких важных вещах.

– Мне так жаль, – прошептала я.

Он покачал головой.

– Да, это, конечно, ужасная история. И чертовски отстойная для мамы. Но я… теперь я понимаю.

– Теперь ты понимаешь? – сказала я в замешательстве.

– Если потеряю тебя, никогда не смогу оправиться.