Шатун

Да, его учили убивать. Но его учили убивать врага, а не простого обывателя, который не сделал никому ничего плохого.

Так и не придя к какому-то конкретному решению, парень вздохнул и, почесав в затылке, принялся наводить в лаборатории порядок, то и дело поглядывая на склянку с пенициллином. Ко всем прочим бедам у него не было и шприца для инъекций. Как оказалось, в этом времени их не всегда можно было найти даже у врачей. Так что предстояло еще одно дело. Найти толкового стеклодува.

От размышлений его отвлекла открывшаяся дверь, в которую проскользнула тоненькая фигурка в глухом сером платье. Увидев его, вошедшая удивленно ойкнула и, удивленно осмотревшись, спросила:

— А кто вы, сударь, и что тут делаете?

— Поручик, князь Ростовцев. А тут я проводил кое-какой опыт, — ответил Шатун, едва заметно улыбнувшись.

Уж очень забавный у девушки был вид. На первый взгляд, она вроде как смутилась, но при этом постоянно стреляла глазами по сторонам, явно сгорая от любопытства.

— А что за опыт? — тут же последовал вопрос."

"— Пытаюсь сделать лекарство, способное победить такую проблему, как антонов огонь, — ответил Руслан, с огромным трудом вспомнив, как тут называют лихорадку.

— Разве это возможно? — ахнула девчонка, медленно подходя к столу.

— Вполне. Главное, знать, от чего он возник, и уничтожать источник, а не последствия.

— Это оно? — спросила она, хватая склянку.

— Осторожнее, пробка не надежна, — осадил ее Руслан, одним движением выхватывая склянку.

— Простите, — смутилась девушка. — Так это лекарство? — тут же забыв про смущение, спросила она, жадно поедая глазами препарат.

— Пока не испытаю, не могу точно сказать, — вздохнул Руслан, которого этот разговор уже начал напрягать.

— Так ступайте в больницу, — тут же оживилась девушка. — Там больных много.

— А кто согласится испытывать на себе неизвестное лекарство? — иронично поинтересовался Шатун. — Люди жить хотят. А испытание такое может еще неизвестно чем кончиться.

— А когда вы станете публиковать свое изобретение?

— Зачем? — удивился Шатун.

— Как зачем?! Подобное лекарство должно быть достоянием всего мира! Это же прорыв в науке, и оно должно принадлежать людям! Вы просто должны…

— Стоп! — прервал ее излияния Руслан. — Сударыня, прошу вас запомнить раз и навсегда. Я никому ничего не должен. Лично меня в первую голову интересуют жизни и здоровье наших русских солдат.

И уж после все остальные. А про живущих за границей я думаю вообще в последнюю очередь. Если вообще вспоминаю.

— Ну конечно. Вы же военный, — презрительно скривилась девушка. — Главное, все для войны, а простой народ пусть подыхает.

— Этого я не говорил. И давайте не будем забывать, что простой солдат, это и есть тот самый народ, о котором вы так радеете.