Шатун

— И правда лихо, — присоединился к ним Рязанов.

— Думаю, теперь вы понимаете, о чем я говорил, — пожал Руслан плечами.

Вернувшись в свою комнату, он развязал тюки с оружием и взялся за осмотр. Из всей кучи доставшегося ему железа Шатун отложил только пару капсюльных револьверов, богато украшенный по ложу и прикладу штуцер и пять кинжалов с характерным узором на клинках. Настоящую сталь ни с чем не перепутаешь. Все трофейные сабли оказались из слабого железа. Увязав все отложенное в отдельную вязку, Руслан, чуть подумав, принялся чистить остальное. Благо масло и ветошь нашлись.

За этим занятием его и застали казаки, вежливо постучавшиеся в двери комнаты. Увидев, чем он занят, опытные бойцы в очередной раз переглянулись и, одобрительно покивав, чинно расселись, кто где сумел пристроиться. Пара самых молодых казаков уселись прямо на пол, сложив ноги по-турецки.

— Выбирайте, кому что глянется, — предложил Руслан, указывая ладонью на оружие. — Хотя, по чести сказать, тут и смотреть особо не на что.

— Не скажи, ваше благородие, — ответил обладатель баса, вертя в руках ружье. — Вот у этого, к слову, и ствол не сильно изношенный, и отверстие для капсюля не сильно горелое. Послужит еще ружьишко. Новое червонец бы точно стоило. А так шесть рублей смело просить можно.

— Ну, шесть так шесть, — отмахнулся Руслан, заканчивая вычищать очередной ствол и берясь за следующий. — Ты их все осмотри и цену скажи. А дальше видно будет. Что осмотришь, вон, на столе раскладывай.

— Добре, — кивнул казак и принялся деловито оценивать предложенные трофеи. — Ваше благородие, а чего ты их чистить-то взялся? — спросил он, не удержавшись.

— Так раньше некогда было, — пожал Руслан плечами. — А оружие без ухода продавать, себя не уважать.

— Любо, — дружно отозвались казаки.

В итоге, после долгих споров и осмотра оружия, у Руслана разобрали почти весь огнестрел. Казаки все были семейными и готовились отправлять сыновей в полевые лагеря, где их будут обучать премудростям казачьей службы. Так что толковое оружие им было просто необходимо.

* * *— Ох, и ловок ты, благородие, — восхищенно протянул пожилой казак, попыхивая небольшой трубочкой. — Это где ж такому учат?"

"— Нашлись добрые люди, научили, — хмыкнул в ответ Руслан, выдергивая из полена все, что с таким старанием в него вбивал.

А выдергивать было что. Тут и длинный, миллиметров в сто пятьдесят, кованый гвоздь, и старый серп, и небольшой плотницкий топор, и пара ножей, и даже лопата без черенка. И все это он, согласно правилам, всадил в полено диаметром примерно в двести миллиметров, лежавшее на поленнице дров.