Я тебя заберу

— Привет, родной. — Обнимаю так крепко, будто не видела целую вечность.

— Думал, что ты забыла.

Глеб хмурится. Трет лоб. А я замираю.

Даже это простое движение он делает в точности, как его отец. Костяшкой указательного пальца. С тем же прищуром и губами, сжатыми в нитку.

Ничего нового, однако после сегодняшней встречи с Марком и его требования познакомить с сыном привычные жесты играют новыми красками.

Становится смешно. Все девять лет я считала Глеба своим. Называла про себя «только мой мальчик». А по факту — воспитала копию любимого мужчины. Маленького Шаталова, а совсем не Градского.

Похожего на отца до такой степени, что им даже не придется привыкать друг к другу. Встретятся, всмотрятся. И совпадут всеми привычками, мыслями и характерами. Будто я рожала сына не для себя, а для Марка.

— Мы сегодня собирались поговорить. — Глеб застегивает на себе ремень безопасности и тянется за моим.

— Может, все-таки в кафе? — Еще никогда я не была так близка к передозировке Шаталовым. — Шоколадный торт или эклеры с заварным кремом?

Наверное, кафе не самое лучшее место для важных разговоров, но хочется хоть как-то подсластить моему мальчику горькую пилюлю.

Обычно Глеб соглашается сразу. Ни разу ему не удалось устоять против шоколадного торта. К сожалению, сегодня все иначе.

Не дождавшись ответа, я загружаю в меню навигатора адрес нашего любимого кафе. А стоит тронуться, сын произносит:

— Меняю торт на твои сырники. — Тяжело, по-взрослому вздыхает: — Поехали лучше домой.

***— Выглядишь так, словно по тебе поезд проехал.

Лена заглядывает к нам в гости сразу после возвращения. Заметив на кухонном столе творог, тут же занимает первый попавшийся стул и начинает свое излюбленное занятие — допрос.

— Почти. Бульдозер прокатился. — Я насыпаю на стол маленькую горку рисовой муки и принимаюсь лепить шарики.

— Снова встречалась со своим... кхм, новым боссом? — Подруга осторожно оглядывается в сторону детской.

— Марк все знает. — Раз уж нынче день откровений, решаю признаться во всем сразу.

Так сказать, потренироваться перед самым главным разговором.

— О тебе?.. — Глаза Лены становятся круглыми."

"— Обо мне. О Глебе. О своей жене и доноре, которого она привела в нашу клинику. И о беременности от него.

— Что?! — Теперь округляются буквой «о» не только глаза подруги, но и рот.

— Проклятие! Забыла... — Хлопаю себя тыльной стороной ладони по лбу. — Это сегодняшняя новость.

— Ты подсадила ей эмбрионы, оплодотворенные спермой ее знакомого?

— Он сдал материал как раз перед тем, как я занялась лечением Шаталовой. Подмену, как я поняла, организовал сам Савойский. А потом он же заблокировал мне доступ к данным пациентки.

— Обалдеть... — Лена даже не моргает.

— И сейчас она беременна. Не от мужа. Не от донора. А от...