Чистилище для невинных

И какой тогда смысл так напрягаться?

Снова стать похожим на человека — вот его награда. Его единственное утешение.

Думай, Раф…

Он точно сможет добраться до девочек. Вот оно, решение. В попытке сделать первый шаг или, скорее, первый прыжок он бессильно повалился на пол.

— Мсье, вы в порядке?

— Джессика? Как ты себя чувствуешь?

Она была удивлена его вопросом. Ободрена.

Его голос немного походил на отцовский. Она грустно улыбнулась в темноте:

— Мне больно… Но ничего.

— У тебя одна рука свободна?

— Да.

— У тебя тоже, Орели?

— Да!

— Я сейчас доберусь до вас, и вы меня развяжете, хорошо?

— Хорошо, — прошептала Джессика.

 — Мы постараемся.

Рафаэль пополз в сторону окна. Странно, что папочка не предусмотрел эту возможность. И это была его первая ошибка, которая станет роковой. Рафаэль старался убедить себя в этом.

— У вас получается? — Орели начала терять терпение.

Он не ответил, был слишком занят, преодолевая боль, которая свирепо терзала его, будто свора разъяренных собак.

— Давайте! — подбодрила его Джессика. — У вас почти получилось.

Ему понадобилось невероятное количество времени, чтобы добраться до места.

Эта поганая комната вдруг показалась ему такой же бесконечной, как Зеркальная галерея Версаля.

Еще одно усилие, чтобы прислониться спиной к койке Джессики, — и он наконец смог перевести дыхание.

— Вам нужно сесть на кровать! — прошептала девочка.

— Ага… Дай мне минуту, малышка.

В голове снова помутилось, он соскользнул на пол. Чувствуя, что вот-вот провалится в обморок.

— Мсье?

В который раз распростершись на полу, Рафаэль отчаянно сражался, чтобы не потерять сознание.

— Говори со мной, а то… я сейчас… отчалю…

— Нет! — крикнула Джессика.

 — Не надо! Нам надо выбраться отсюда, блин!

— Продолжай, — скомандовал слабеющий голос.

— Как вас зовут? — спросила Орели.

— Мсье? Скажите нам ваше имя! — подхватила Джесси.

— Рафаэль…

— Рафаэль? Прикольное имя!

Голос Орели изменился от стресса.

— А чем вы занимаетесь?

— Я…

Он пока еще достаточно ясно соображал, чтобы понять, что правда сведет их с ума. Ему хватило сил, чтобы соврать.

— Я ветеринар.

Странно, что он выбрал эту профессию. Конечно, все из-за того, что он слишком много думал о Сандре.

О том, что он с ней сделает, когда выберется из этой гнилой комнаты.

— Круто! — воскликнула Джессика. — Так, не спать! Оставайтесь с нами, Рафаэль!

Она спрыгнула с койки, попыталась его приподнять. Понятно, что миссия была невыполнима.

— Дерьмо! — Она обернулась к подруге. — А твоя кровать тоже прикреплена к стене?

— Я не знаю, — пролепетала Орели.

— Проверь!

Орели попыталась сдвинуть свой топчан.

И тот поддался.

Папочка совершил вторую ошибку.

— Давай шевелись! — завопила Джессика.