Что-то между нами

Я ставлю ноутбук на живот. Одной рукой орудую на тачпаде, другой зарываюсь в рыжие волосы. Кажется, у меня новый фетиш.

– Тебе нужна папка в левом углу."

"Открываю. Первая же фотография заставляет меня скосить взгляд на Эмилию. Захолустный стадион. Местечко под трибунами. Слева на фотке смолят подростки, одетые кто во что горазд. Справа – тем же самым занимаются солидные дядьки в брендовых костюмах.

Наши взгляды с Эмилией встречаются.

Я пролистываю фотографию. И еще, и еще. Залипаю на следующем снимке.

Мэр перерезает ленточку на входе. Я с каменным лицом гляжу на дорогие часы. Абсолютно счастливые дети на заднем плане разбирают подаренные мячи.

На фото из детского дома все еще хуже. Особенно врезается в память кадр, на котором запечатлен худющий мальчишка в собравшихся гармошкой колготках. Что-то в его лице… Не знаю, что конкретно, заставляет возвращаться к этой фотографии снова и снова. Как и к той, где запечатлен я. Глядящий в потолок, в то время как на сцене выступают детдомовцы.

Захлопываю крышку. Возвращаю Мак на тумбочку и осторожно встаю.

– Я больше не думаю, что ты такой, – шепчет Эмилия.

– Я такой. Не обольщайся.

– Даже если так! Мне все равно, – горячится рыжая. – Куда ты идешь?

– Покурить. – Тяжело ступая, иду к выходу, а у двери оборачиваюсь: – Ты очень хороший фотограф.

А мне нужен никотин.

Я понимаю, что не должен испытывать стыда ни за то, что богат, ни за то, каким стал благодаря этому. Но каким-то непостижимым образом Эмилия заставила меня стыдиться.

Затягиваюсь посильнее и снова улетаю в тот день.

– Я не состоялся как отец, Эмилия. Меньше всего на свете я бы хотел повторить этот опыт.

– Ясно.

– А ты что же? Планируешь усыновить кого-нибудь, когда вырастешь? – усмехаюсь. – Или нарожаешь своих?

– Нет. – Глаза девчонки в ужасе распахиваются. – У меня не будет детей.

– В каком смысле не будет? Ты же не бесплодная?

– Не знаю. Гинеколог, к которому ты меня отправил, ничего такого не говорил. Я просто так решила. Не рожать.

– Тебе девятнадцать. Твои решения на этот счет еще тысячу раз изменятся.

– Это вряд ли. Дети должны расти в любви. А я о ней ничего не знаю. Поэтому, – пожимает плечами, – как-то так.

Возвращая меня в реальность, на грудь ложатся теплые руки.

– Не спится?

– Нет. Выстудил всю квартиру!

– Прости. Я уже, наверное, пойду.

– А обещал, что побудешь со мной.

– Я и побыл. Разве нет?

– Да. Да, конечно.

Но вижу, что неохотно меня отпускает. Вот и пойми ее.

– Роберт…

– М-м-м?

– Я знаю, что доставила тебе много проблем…

– Давай сразу к делу. Что надо?

– Надо выписать из квартиры Арсена. Ты мог бы это сделать, пока тот в больнице?

– А что это даст?

– Он не сможет вернуться. Я поменяю замки, или даже дверь.

– Которую твоя мать ему преспокойно откроет.

– Я понимаю, что такой вариант возможен.