Чудо-чадо и чудовище

– Пристегнись, – бросаю сухо.

Исполняет.

Трогаюсь с места. Пока не выехали на трассу, набираю племянницу.

– Алиса, за бабулей присмотри. Капель там ей каких накапай, ну и вообще.

– Хорошо, – грустно. – Дим…

– Потом, – прерываю ее. – Пока.

Скидываю звонок.

– Димочка… – начинается слева.

– Помолчи, Юля. Просто заткнись.

Сжимаю руль до боли. Как же я зол!

На себя, на Юлю, на Лену, что сбежала. На запах чужой женщины, что сидит в моей машине. Все мое тело отторгает ее, хочется помыться и стереть навсегда из памяти голос, образ, запахи. Ребенок? Я ничего не чувствую. Ни то, что он есть, ни то, что он мой.

– Юля, давай поговорим, только честно, с самого начала. Окей?

– Давай.

– От кого у тебя ребенок?

– От тебя, Димочка, – с готовностью отвечает.

– Не ври.

– Не вру, – с вызовом.

– Какой срок?

– Почти три месяца…

– Почему. Ты. Не сказала. Раньше? Почему, черт возьми! – ору, бью по рулю рукой.

– Я искала тебя! – истерично. – Ты сам не хотел поговорить! Да и что бы это изменило? На аборт бы меня отправил? Я хочу этого ребенка!

– Какой нахрен аборт? Мля–ять...

Паршиво.

Аборт? Это последнее, что я пожелаю женщине. Ребенок? Перед глазами стоит Маринка. Руки в боки, пяточкой стучит – первые минуты знакомства с чудо–девочкой.

""Ага, – усмехаюсь, – сначала поцелуй, а потом женись.

– Боишься? – хитро прищуривается.

– Не то чтобы очень…

– Не бойся, это не страшно, – машет рукой""

Страшно, Марина, страшно, когда любишь одну, а выбор нужно сделать в пользу другой. Сколько в нашей истории будет несчастных людей? Слишком много.

– Не гони, пожалуйста, – жалобно пищит Юля.

Смотрю на спидометр – разогнался, да. Медленно успокаиваюсь и сбавляю скорость. Дальше едем молча. Юля всем телом отвернулась к окну. Точеные ножки сжаты, ладони спрятаны между бедер, будто замерзла. Закрылась. Обиделась, что не верю. Имею право!

К дому подъезжаю уже полностью собранный и успокоившийся.

Паркуюсь в свободном кармане, глушу машину.

– Приехали. Выходи.

Иду уверенно вперед, Юля семенит сзади.

Поднимаемся в квартиру. Мельком осматриваюсь на предмет Лениных вещей. Еще утром в этой спальне на этой кровати мы с моей красавицей горячо любили друг друга и были абсолютно счастливы. Теперь нужно начинать все сначала.

И возможно это будет намного сложнее, чем в первый раз. Готов, чудовище?

Готов!

– Димочка, – чужие руки обнимают сзади.

Что–то я задержался. Скидываю. Разворачиваюсь. Глаза в глаза. Она отводит первая."

"– Не нравится? – оскаливаюсь. – Страшно?

– Не надо так, Дим. Я тебя боюсь… Такого…

– Не бойся, – иду в прихожую, – избавлю тебя от своего присутствия.

Кидаю на полку ключи, достаю банковскую карточку, кладу туда же.

– Квартира твоя, пин–код помнишь.