Исцели меня

Не знаю почему меня бесит тот факт, что он не звонит. Но бесит. Не могу сказать, что я привыкла к его звонкам и они мне нравились. Они меня раздражали ощущением контроля, но… еще больше раздражает то, что сейчас их нет. Нет у меня симпатии к Бестужеву. Ну нет же. Вот только его молчание бесит. Мне бы радоваться, что у меня ничего не болит. Ничегошеньки. Голова за две недели дала о себе знать всего пару раз, и то, с такой силой, что я этого особо и не заметила. Только вот вечерами, когда я начинаю много думать, радость проходит. Сначала о том, как проводит дни Сережа, затем о молчащем телефоне, а заканчивается все тем, что я смотрю на свои ноги и не вижу никакого прогресса за многочасовые ежедневные занятия. Я хочу всего и сразу. А этого нет. От этого энтузиазм убавляется все больше."

"Нехотя открываю книгу и пытаюсь вчитаться в строчки. Это что-то ненормальное, но моего терпения хватает только на пять страниц. В кино как-то живенько все. Здесь же я перечитываю каждую строчку как минимум десять раз и параллельно думаю о своем. За две недели не продвинуться дальше сороковой страницы — это мощно. Мне — скучно. Жуть как хочется с кем-нибудь поговорить, не фильтруя мысли и речь. Вот только сама звонить ни за что не буду. Хватило одного раза.

— Привет, — сглатываю, как только понимаю чей голос слышу слева от себя. Сердце тут же начинает стучать как ненормальное. Не получается это все контролировать. Не получается… — Варя сказала, что ты никого не хочешь видеть, но мне кажется, она сказала это потому что ты ее заставила.

— И ты пришел, — резко перевожу взгляд на Сережу. Ну почему ты такой… такой… вот такой. Господи, ну избавь ты меня от этого наваждения. — Я не шутила, когда говорила, что не хочу никого видеть. У меня дурное настроение.

— И я понимаю почему.

— Понимаешь?

— Я разговаривал с Виктором, — берет стул и присаживается около меня. — Если честно, я думал, что ты преувеличиваешь.

— Ты меня к себе забираешь? Вещи уже собирать? — да, вот я и нашла того, на ком можно сорваться. Идеальный вариант.

— Я не могу тебя забрать к себе. Во-первых, моя квартира для этого не предназначена. Во-вторых…

— У тебя своя личная жизнь и девушка, которая оставляет тебе засосы, — внаглую прерываю его. — Не приходи ко мне больше. Мне на фиг не сдалась твоя жалость. И утихомирь свою совесть. Все, что произошло со мной — результат исключительно моих ошибок. Я серьезно, Сереж. Не приходи. Так будет лучше и тебе, и мне, — не знаю откуда я беру в себе силы сказать это вслух. — Не бойся, никто не заставит меня выйти замуж. Это все чушь. Нет, папа, конечно, хочет меня сплавить, это что-то типа делового соглашения, но не волнуйся, я со всем разберусь, — на одном дыхании проговариваю я, смотря ему в глаза.