Исцели меня

 — Никто меня ничего не заставит делать против моей воли, Сереж, — уже мягче добавляю я. Вру, конечно. Но почему-то не хочется, чтобы он знал, как на самом деле обстоят дела. Папа ему точно обо всем не сказал. — А если я и соглашусь выйти замуж по договоренности, это мне будет только во благо. Представляешь, какой треш ждет бедного мужика. Сцежу, так сказать яд. И не надо ничего сейчас говорить. Ни слова. Приходи только тогда, когда хочешь навестить маму, Дашу. Да просто так, но приходить ко мне специально — не надо, — тянусь ладонью к его губам, как только Сережа что-то хочет сказать. Как-то неправильно сейчас его касаться. Он не мой. Но касаюсь. — Иди, Сереж. Иди, — убираю ладонь и отворачиваюсь к окну. Демонстративно беру наушники и втыкаю в уши. Уткнувшись в мобильник, включаю музыку и закрываю глаза. Только не смотреть. Только не смотреть.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍ ***

Чувствую себя подростком, который радуется, что наконец остался один. Глупо, конечно, учитывая тот факт, что я не одна и так или иначе зависима от Вари. Но так все равно легче.

— Ну все, Варя. Вот мы и одни. Никто тебя больше не спасет. Раздевайся. Живо. До трусов. И танцуй. Носки можешь оставить, — пытаюсь говорить серьезно, но чертова улыбка меня выдает. — А хотя знаешь что… на колени!

— Что-нибудь еще? — скептически интересуется она, едва заметно улыбаясь.

— Да. Давай закажем вкусненького. И побольше. И кофе хочу. В большом бумажном стакане. С молочной пенкой и сахаром. Со вкусом фундука.

— То есть сейчас тебя уже не волнует его мочегонный эффект?

— Ну, если я собираюсь жрать как свинья, то уже можно и пописать сверх нормы. А давай стриптизера закажем?

— Сонь, ты нанюхалась чего-то?!

— Я что не могу вести себя как все в двадцать один год?! Все хоть раз были на стриптизе. Все гуляют и спят друг с другом. А почему я не могу всего этого? Ну пусть хоть мужик потанцует перед нами. Ну давай, Варь, пожалуйста. Он же не голый будет. Просто потанцует. Когда нам еще выпадет такой шанс? Ну, пожалуйста, — складываю руки в умоляющем жесте.

— Ладно. Но не хотелось бы, чтобы охрана была в курсе, что к нам едет стриптизер.

— А мы попросим, чтобы он на входе сказал, что он… телотерапевт. Ну или просто терапевт. А хотя знаешь что?

— Что?

— Это наше дело кого заказывать.

— Действительно.

— Все, давай выбирать.

Не знаю, что на меня нашло. Мне на фиг не сдался никакой стриптизер. Я равнодушна к мужчинам. Хотя не так. Я их вообще не люблю, а если еще проще — боюсь.