Чужая невеста. Баллада Пепла и Льда

— Кое-что осталось, — загадочно улыбнулся Тайлер и сунул руку в карман. — Я нашел в прошлый раз. Твоя?

На ладони Тайлера лежала Растрепа. Моя куколка, которой я шила платья из лоскутков. Однажды Растрепа бесследно исчезла, а оказывается, она просто завалилась между стеной и боковиной кровати. Лежала там все эти годы. Ждала меня.

— Растрепа! — Я обрадовалась ей, как дорогой подружке. — Вот это да!

Но, подержав куколку в руке, отдала ее обратно Таю.

— Пусть будет у тебя. Береги ее!

— Как зеницу ока! — шутливо отрапортовал Тайлер, вытягиваясь по стойке смирно.

Мне стало легче после того, как я навестила гарнизон. Будто перевернула последнюю страницу некогда любимой книги. Но она закончена, пора двигаться дальше.

В деревянном сундуке, выложенном соломой, постепенно пополнялся запас флаконов с кровью. Еще три дня — и выступаем. Мне уже мерещилось, что любая еда отдает затхлым вкусом кроветворного настоя из жуков, но в целом дела обстояли неплохо.

Жизнь в лагере устоялась. Даже Лесли перестал трястись каждую минуту: привык. Лейтенанты тренировали кадетов, так как заняться им, кроме дежурств, пока было нечем.

За несколько дней произошло несколько коротких стычек с тварями, которые тянулись с бесплодных земель на запах жилья и людей. С ними быстро сладили: ни на одном из ныне действующих форпостов на северной границе не собралось так много одаренных, как здесь.

Колояр в бою одолел варга, напросившись в дозор, и теперь ходил гордый, будто уже получил нашивки лейтенанта. Он постоянно рассказывал о своей первой настоящей битве Норму и Алеку, чем окончательно их допек. Да что там, допек даже Ярса.

— Клыки с мою ладонь! — в очередной раз живописал Колояр упокоенную бестию.

Мы завтракали, усевшись вокруг костра на колоды, которые использовали вместо стульев. Вернон с аппетитом выскребал со дна жестяной миски остатки каши с мясом. Норм и Алек переглянулись и мученически вздохнули. Клыки варга в истории Колояра день ото дня становились все длиннее.

— Прямо чувствую, что дар бьется под кожей и вот-вот прорвется наружу! — В подтверждение своих слов Вернон поднял руку и продемонстрировал всем, словно мы должны были разглядеть дар, струящийся в его крови.

Лесли украдкой тоже взглянул на свою ладонь, но, вероятно, ничего, кроме линии жизни, на ней не увидел.

Глава 35

Хотя Вернон бесил меня неимоверно, я не торопилась расправляться с кашей. В кои-то веки я могла позавтракать без напряжения и без того, чтобы Фрейн, который приходил на утреннюю трапезу, садился по соседству на низкую колоду и вытягивал длинные ноги к огню, мучил меня светскими пустыми разговорами.

Слава Всеблагому и военному этикету, я все еще официально была кадетом, а Фрейн — офицером гвардии.