Чужие степи — часть третья

Забор и ворота тоже на месте, — починили как смогли, летом надо будет переделывать. Где на проволоке держится, где шурупами затянули, а где и просто состыковали, да снегом подпёрли. Молодцы в общем. Не растерялись.

Пройдя до угла, я заглянул в сарайчик где хранятся дрова. Но дров там не было. Вот только подумаешь хорошо про людей, а они хоп, такие, и подгадят. Оно, конечно, и не особо страшно, деревьев ещё много, но всё равно неприятно. Стыдно даже.

Что-то заподозрив, я вернулся к ветряку, и приставив к столбу лестницу, забрался наверх.

Ну точно. С виду всё цело, а в ящике пусто. Ни генератора, ни хрена. Один винт остался.

Спустившись вниз, и зайдя в пристройку, я уже начал злиться. Заглянул в короб с батареями. — ну точно, та же картина.

С дурным предчувствием вернулся в дом, нужно было проверить погреб.

— Набери там картошки немного, и огурцов пакетик. Хорошо? — видя мои намерения, попросила супруга.

Откинув тяжёлую крышку, я включил фонарик, и нащупав ступеньку, спустился вниз.

— Вот суки... — осветив пустые полки и голые стены, я всё же не сдержался.

В погребе, кроме одиноко валяющейся в коробе засохшей картофелины, ничего не было. Подмели всё. Подчистую.

Глава 13

Ещё раз плюнув со злости на пол, я вылез из погреба, когда за окном дважды коротко посигналили.

— Приехали! — крикнула из кухни Аня.

Я вышел за ворота, закрыл калитку на крючок изнутри, и уселся на пассажирское сиденье.

— Народ-то где?

— Все уже на месте, тебя только ждем. — пояснил Василич выкручивая баранку.

Людей, которым он доверял, было не много. Я знал всех, кого-то достаточно хорошо, кого-то так, на уровне «здрасте-до свидания». Здесь были Пётр Старостин с братом, Антон Петрович — один из подручных бывшего главы, который, по словам Василича, после случившегося полностью отошёл от дел, и практически не выходил из дома. Виталик — фамилии которого я не знал, но несколько раз дежурил с ним вместе, Леха Сивохин, один из тех ребят которых тренировал Олег, Вадик Залужный — молодой парнишка с перекошенным лицом — получил ранение когда отбивались от мародёров осенью. Два близнеца Лосевых, оба лет под шестьдесят, лысые, одинаковые, и усатые.

Итого восемь человек, плюс сам Василич, и мы трое. Дядю Сашу посвящать не стали, он с головой ушёл в обслуживание самолёта, и в ближайшее время был потерян для общества.

Эти люди ничего не решали, не состояли в совете, и вообще не представляли никакую власть. Это были те, кому доверял Павел Васильевич.

— Вот, посмотрите. — я положил телефон на стол, и развернув его к присутствующим, включил запись.

— Что это? — досмотрев до конца, спросил один из близнецов Лосевых, озвучивая всеобщее недоумение.