Да здравствует королева! (СИ)

Я живу в мире, где мимолётная слабость заставляет брата думать, что меня отравили. Или прокляли? Даже не знаю, что хуже.

Первый день болезни я так и провела в постели, никого больше не видя кроме врачевателей. И тех удалось отослать через час. Лишь под вечер Диларий зашёл меня проведать, сел у ног и попытался разговорить неразумную ученицу. Выяснить, что произошло между мной и Шинаром. Помочь, на свой лад.

— Просто дайте мне отдохнуть, — попросила я жалко, закрывая глаза.

Уже ближе к ночи, когда за окнами стемнело, из дремоты вырвали скрип двери и звук шагов. Незнакомых, как казалось поначалу.

Затем… я их узнала.

Но всё же, когда увидела на пороге Шинара, чуть не вскочила с кровати.

Сердце прыгнуло к горлу. В голове всё перевернулось.

— Что ты тут делаешь? — выдавила я из себя.

— Лиата, я ненадолго. — Он стоял в дверях, совершенно невозможным видением. Прошедший день обошёлся с принцем легче, чем со мной. Осанка его осталась безупречной, глаза горели в свете двух свечей. — Клянусь. Нам нужно поговорить.

— Аделик пустил тебя? Серьёзно?! Он может хоть день не менять своих решений?!

— Нет, не пустил.

Но это не важно.

О Боги, я просто не смогла поверить!

Чувства, застывшие было в груди, вдруг ожили с новой силой. Я резко села, подтянула одеяло к горлу и в панике начала запахивать на груди накидку, в которой принимала других гостей. Глаза забегали вокруг, ища пути отступления.

Что я должна ему сказать? Я… жаждала поговорить с Шинаром больше, чем с кем-либо — стоит признать, хотя бы в душе. Но… я не готова! Не здесь и не так!

— Что ты себе позволяешь? — прошептала я несчастно, пока он подходил ближе.

— Хочу убедиться, что с тобой всё в порядке! Разве не очевидно?

— Я не в порядке! — Теперь я воскликнула, и всё-таки оказалась на ногах.

Кровать, моё проклятое дорогое ложе со смятыми простынями, разделило нас последним барьером.

Кажется, такой реакции жених не ждал.

— Почему ты не сказал мне? — прошептала я, пока он удивлённо оглядывал меня с головы до пят. Проследил за ладонями, которые, как ни прискорбно, дрожали, и вернулся к лицу. — Почему не предупредил, что вёл свою игру в Асхеме?"

"— Успокойся, пожалуйста. — Шинар воздел руки. — Никакой игры не было — по крайней мере, против тебя.

Я… решал спорный вопрос. И узнавал, могу ли найти союзников в стане врага. Не думал, что всерьёз вам помешал — до сих пор не думаю, на самом деле.

И о чём говорить дальше? У меня есть лишь его слова — и сотни слов с другой стороны, намекающих, что маларский принц намеренно рассорил нас с соседями. А меня пристроил в свой спектакль как дорогую марионетку. Конечно, он тоже легко найдёт защитников! Среди собственных подданных или даже литанийцев — но разве суть от этого изменится? Речи против речей.