Дама моего сердца

И мне не терпится взглянуть, какие у него будут глаза.

— Они голубые. — Камерон легонько коснулся волосиков на головке сына. — Странно, но голубые.

— Это пока, потом цвет у них изменится. Ты уже решил, как мы его назовем?

— Торманд, в честь моего отца, если ты не возражаешь.

— Нисколько. Хорошее имя. — Эвери поцеловала мужа в щеку. — Спасибо за сына, муж мой.

Обняв Эвери за плечи, Камерон крепко прижал ее к себе.

— Это я должен тебя благодарить. В конце концов, мне досталась самая приятная часть, а тебе самая трудная. Ты действительно хорошо себя чувствуешь? — тихо спросил он.

— Да, только устала. — Эвери зевнула, глядя на сына. — Мне кажется, он будет похож на тебя и малыша Алана.

— Бедняжка…

— Ну почему? Ведь ты такой красивый."

"— Ты слепа, любовь моя, но я ежедневно благодарю за это Господа. — Запрокинув Эвери голову, Камерон крепко поцеловал ее в губы. — Я люблю тебя, мой котеночек.

Эвери погладила мужа по небритой щеке.

— И я тебя люблю, мой темноглазый рыцарь. Внезапно Камерон застонал и зарылся лицом в волосы жены.

— Знаешь, чего мне сейчас хочется? — спросил он.

— Знаю. Мне тоже, но придется потерпеть с месяц.

— С месяц?

Эвери зевнула, и Камерон устроил ее поудобнее в своих обьятиях.

— Целый месяц. Четыре длинные недели, — прошептала Эвери и закрыла глаза. Она больше не могла бороться со сном.

— Что ж, придется потратить это время с пользой.

— Это как?

— Пополнить наши запасы ежевичного джема, — пояснил Камерон и улыбнулся, когда Эвери, рассмеявшись, вдруг заснула.

Убедившись, что она крепко спит, Камерон неохотно встал с кровати и осторожно взял сына у нее из рук. Эвери права, подумал он, неся малыша к колыбельке, Торманд наверняка будет похож на него. И Камерон испытал небывалую гордость оттого, что у него теперь два сына, и осознал, что в том, что он может испытывать это чувство, немалая заслуга Эвери. Он, прежде всегда считавший себя уродом, казался себе красавцем, когда Эвери смотрела на него.

Ее любовь и страсть сделали его таким.

— Я поделюсь с тобой секретом счастья, сын, — прошептал Камерон, кладя младенца в колыбельку и аккуратно укрывая его одеяльцем. — Ты вырастешь похожим на меня, хотя некоторые недалекие люди могут счесть это зловещим предзнаменованием. Не обращай на них внимания. Наплюй, если они будут говорить, что ты похож на дьявола, потому что у тебя смуглая кожа, душа чернее ночи и такие же черные глаза. Найди девушку, которая будет смотреть на тебя так восторженно, словно ты самый красивый мужчина в мире, — девушку, которая будет тебе улыбаться и любить тебя, даже если ты будешь вести себя, как последний дурак. Найди такую, чтобы обнимала тебя темными ночами, отдавая себя так же пылко и страстно, как делает это твоя мама.