Дамир. Любой ценой

– Уходи. Ты не должен быть в моей спальне, – я прижимаю холодный атлас к груди, плотнее кутаясь в простыни, будто в кокон.

– Зачем ты так? – наигранно удивляется. Резко поддаётся вперёд и падает на кровать, к моим ногам. Берёт меня за щиколотку. Тянет на себя.

Больно. Физически. Морально. Сопротивляюсь:

– Не трогай меня! – шиплю сквозь плотно сжатые зубы.

– Вкусная, – игнорируя мои протесты, проводит языком по коже. Скользит снизу вверх. – Сладкая, как конфетка. Моя конфетка!..

– Убирайся!

Свободной ногой толкаю мужчину в плечо. Не шевелится. Хватается за вторую щиколотку и со всей силы сжимает свои пальцы, словно стальными оковами. Я ёрзаю на постели, не теряя надежды вырваться из плена. Тщетно. В любом своём состоянии мужчина превосходит меня по физической силе. Царапаюсь. Кусаюсь, а он только распаляется от моей строптивости.

– Да не крутись ты, куколка. Это же я! Забыла, как нам было хорошо вместе, а? – его голос звучит иронично, холодно, пугающе. – Я не сделаю тебе больно. Обещаю.

Я отрицательно киваю головой. Отвожу руку назад. Звонкая пощёчина, вроде бы, приводит его в чувства. Дамир слегка отстраняется. Потирает ладонью ударенную щеку. Криво ухмыляется, растягивая губы в хищном оскале:

– Что? Не хочешь меня?

– Нет. Проваливай к чёртовой матери. Давид скоро вернётся и если застанет тебя в моей спальне, то свернёт шею. Не задумываясь.

Дамир громко смеётся. Садится на кровать, свешивая свои длинные ноги вниз. Зарывается лицом в ладонях.

– Что ты делаешь с нами, Дина? Почему так тянет к тебе, а? – спрашивает, но я не отвечаю. – Ты стала между нами стеной. Камнем преткновения. Почему?

– Я не собираюсь отвечать на твои дурацкие вопросы. Ты пьян.

– Пьян? – громко смеётся. – Это моё нормальное состояние. После всего...

Дамир не успевает договорить, как в спальне резко открывается дверь. Дерево бьётся о стену и на пороге появляется… Давид! Холодные глаза впиваются в мой силуэт. Сканируют с головы до ног. Каждый миллиметр. Каждую венку, мышцу. Я вскакиваю с постели, продолжая прикрываться простыней. Достаю из шкафа первую попавшуюся одежду и молча плетусь в ванную комнату.

– Стой! – звучит за моей спиной.

Оборачиваюсь. Сердце колотится как сумасшедшее. По венам бежит адреналин. Во рту образовывается тошнотворный ком. Я делаю глубокий вдох и осмеливаюсь поднять взгляд вверх, на него.

– Я не понял, что здесь происходит? – лязгает стальной голос Давида.

Глотаю ком. Храбрюсь изо всех сил, отвечая ровным тоном:

– Спроси у своего «брата».

– Спрошу. Потом, – надвигается в мою сторону, делая размашистые шаги. – Дина, я хочу знать, что здесь только что произошло?

– Ничего! – пожимаю плечами, а затем круто разворачиваюсь, чтобы уйти, но...

Цепкие пальцы впиваются в моё плечо.