Лекарство от одиночества (СИ)

Моего согласия ты не получишь, – замечаю я, взволнованно облизав губы.

– В принципе я об этом догадывался. Но не спросить не мог.

– Я слышу осуждение в твоем голосе? К чему бы это? – брызжу ядом."

"– Сам не знаю. Допускаю, что дело в мужской солидарности. Донор… Он… Ладно, я не имею права рассказывать, но у него тоже сложная ситуация. И тот материал был важен.

– Ты же не хочешь сказать, что он больше не может иметь детей, или что-то такое?

– А что, есть шанс тебя разжалобить слезливой историей?

– Нет. Вряд ли. На жалость у меня не осталось сил. Впрочем, как и на злость. Иначе ты бы первый выхватил.

– Эль…

– Засудила бы твою контору поганую, да так, чтобы от нее ни черта не осталось. Благодари бога, что я не хочу поднимать шумиху вокруг Мишки, – всхлипываю я, не справляясь с эмоциями.

– Не ты, так ваш невольный донор поднимет, – устало замечает Пятс. – Ты об этом не думала?

Колени подкашиваются. Я без сил падаю на кровать. Зубы клацают. Из глотки рвется жалкий скулеж. Почему так? Все одно к одному… Перед глазами отчетливо проступает картинка того, во что, вполне вероятно, и очень скоро, превратится наша жизнь с сыном.

И мне заранее ее не хочется жить.

– Есть шанс этого как-то не допустить?

– Попробуй с ним поговорить. Объясниться. По-человечески. Он нормальный му…

– Тщ! – шиплю я. – Я ничего не хочу знать об этом типе.

Матиас берет паузу на обдумывание и спустя несколько долгих секунд уточняет:

– Тогда я говорю, что вы отказываетесь?

– Нет. Погоди… – отнимаю телефон от уха и, прижав динамик к ходуном ходящей груди, делаю несколько жадных вдохов. В ушах долбит: боже мой, боже мой, боже мой. Я понятия не имею, как выкрутиться из этой ситуации меньшей кровью. И как будет лучше.

Знаю только, что ради Мишки я готова пойти на все! Отдышавшись, бросаюсь в омут с головой: – Ты можешь дать мне его контакт.

– Телефон? Давай так, я узнаю, и если он окнет – сброшу тебе.

О, нет! Я не хочу слышать его, не хочу видеть. Не хочу, чтобы этот персонаж становился еще реальнее в нашей жизни. Да и мало ли, что я, растерявшись, наговорю?

– Лучше адрес электронной почты. Я ему напишу.

– Тогда до завтра.

– До завтра я не доживу!

– Поздно ведь…

– А ты попробуй.

Хотя, наверное, было бы лучше и впрямь дождаться утра, которое, как известно, вечера мудренее.

Выдохнуть, подумать, что говорить. Точнее, писать. Какие приводить аргументы, чтобы достучаться. И заставить этого мужика, кем бы он ни был, отступить. С другой стороны, не зная человека, есть ли смысл подбирать слова? Да и где гарантия, что он согласится пообщаться со мной в таком формате? Вдруг, узнав, что я не горю желанием знакомить его с сыном, он возьмет и упрется рогом? О том, что чувствует человек, узнав, что где-то там, у чужих людей, растет его сын, плоть от плоти, я даже думать не хочу.