Лекарство от одиночества (СИ)

Пусть это не укладывается в мозгу, у меня есть еще семь дней, чтобы как-то научиться жить с этой мыслью и придумать какой-нибудь план. Телефон звонит, когда я уже одним глазом дремлю. Пятс? А этому еще что надо?

– Доброй ночи, Матиас.

– Хера с два она добрая, – бурчит тот.

– Если ты хотел, чтобы я напряглась, у тебя получилось. Выкладывай.

– Объявился ваш донор.

ГЛАВА 13

ГЛАВА 13

У меня все внутри обрывается. Низом живота идет холодок…

– В каком смысле? Что значит «объявился»? – сиплю я, выпутываясь из одеяла.

– В прямом, Эль, в пря-мом.

– И что теперь?

– Теперь, Эль, он хочет увидеть ребенка.

Отбросив плед, подскакиваю на ноги. До боли вжимаю телефон в ухо, а в нем, как в ракушке, шумит.

– Постой. Нет. Это же бред какой-то. Какого ребенка?! Откуда он вообще про него узнал?!

– От нас, ясное дело. Мы не могли не поставить его в известность.

– Но зачем, боже мой?!

– Затем, что такой порядок! Эль, ну ты-то сама врач, должна понимать, что не получится спустить такой проеб на тормозах.

Да. Наверное. Погрязнув в своих проблемах, я совершенно упустила из виду, что у медали две стороны. Растерянно отвожу с лица волосы.

Ужас сковывает затылок и стекает мерзкой дрожью по позвоночнику.

– Почему тогда он только сейчас созрел? – задаю я резонный вопрос.

– Созрел, как только узнал. Мы к нему обратились недавно, после того как закончили внутреннее расследование. Чтобы идти к чуваку с повинной, нам надо было выяснить, как вообще это стало возможно, учитывая, что по идее такие ошибки полностью исключены.

Я киваю сама себе. В словах Пятса, конечно, есть смысл. Но мне от этого не легче. Меряя шагами спальню, я отчаянно перетряхиваю в голове все, что помню касательно своих законных прав.

– Ясно. Но я же могу отказать ему, так?

– В теории – конечно. По документам Миша ему никто.

– А на практике?

– Нет такой практики, – тяжело вздыхает Пятс. – В этом вся и проблема. У нас вообще нет понимания, как это разруливать, Эля. Точнее, в теории...

– Да?

– В теории он может обратиться в суд с иском об установлении отцовства.

– Зачем? Объясни, зачем? Я не понимаю. Ты же сказал, что он просто сдал сперму на хранение! Зачем ему ребенок не пойми от кого?!

– Откуда мне знать? Да и какая разница? Важен сам факт.

Если дело дойдет до суда, мы вообще не знаем, как суд будет его рассматривать, и на что опираться в своем решении. Ну не было таких прецедентов, ты пойми! Не было! Я могу только догадываться, что первым делом в иске к клинике чувак потребует раскрыть данные матери и ребенка, а потом нагрянет с иском и к вам. Ну, или вы по-хорошему все решите.

– Погоди-погоди! То есть он даже не знает, кто мы?!

– Алё, Эль! Это медицинская тайна вообще-то. Я могу вас состыковать только по обоюдному согласию.

– Ну, тогда все просто.