Дар берегини

Стараясь успокоиться, чтобы не выглядеть перед гридями сумасшедшим, Свен положил руку на меч. Тот казался теплым даже через ножны, будто в нем продолжался жаркий спор плененных духов, каждый из которых принадлежал когда-то славному воину, вождю дружин, а то и конунгу. Причем каждый из них убил того, кто сел в эту лодку перед ним, и сам был убит тем, кто пришел за ним следом. Между переходами Друга Воронов из рук в руки могли пройти десятки лет, но что призракам время? Они ничего не забыли."

"Заставить их повиноваться сам Свен был так же мало способен, как удержать в голых руках десяток злобных ядовитых змеев. В подчинении их держит воля Одина.

Свен понимал: ему нужно многое обдумать до того, как он приедет к Вальдрику в Чернигов. Но, когда он снова лег, глядя в темную кровлю, мысль в голове была одна: пройдет срок, и я окажусь среди этих знатных обрыганов… Помоги, Отец Ратей, чтобы под конец жизни было не стыдно показаться на глаза древнему конунгу свеев, знавшему самого Вёлунда, и одному из сыновей Рагнара Кожаные Штаны…

⁂К Дожинкам Свен вернулся в Киев в сопровождении воеводы Вальдрика – тот хотел сам поприветствовать нового повелителя и посмотреть своими глазами, что он за человек. Все сложилось удачно: еще до приезда Ингера Вячемир объявил о сборе веча всей земли Полянской по окончании жатвы, и теперь старейшины, съезжаясь, обнаруживали, что им предстоит увидеть посажение на киевский стол не Ельги, а того, кому его и завещал ее прославленный отец. На пирах по случаю Дожинок Ингер собирался принести жертвы ради благополучия своего вокняжения, и все лучшие люди земля Полянской должны были стать тому свидетелями.

На родном княжьем дворе Свен застал перемены. Когда он спросил о сестре, Годоча указала ему на гостевую избу – ту самую, где давали Боголюбу злополучный пир. Туда переселилась Ельга со своими служанками и пожитками, а в отцовой избе теперь жили Ингер с женой. При этой новости в душе вспыхнуло возмущение, но тут же пришла мысль: какое счастье, что Ельга успела вынуть из ларя Друга Воронов еще до того, как все отцовское добро перешло в чужие руки! Хоть Свен и знал, что Ингер имеет законное право на Ельгову избу и все прочее, эти двое, двоюродный брат и его жена, казались ему наглыми захватчиками. За все время поездки он не смог смириться с тем, что они явились именно тогда, когда в них уже не было нужды.

– Ты не прав! – убеждала его Ельга, когда он зашел к ней. – Они нам очень даже нужны. Мы ведь не знаем воли богов. У нас впереди война! Теперь, когда нашу рать поведет законный князь, избранник отца, люди пойдут охотнее, а мне будет куда спокойней.

– Где он? – Нового господина Свен еще не видел.

– Они пошли на Святую гору, к старейшинам.