Дар золотому дракону (СИ)

И я точно знала, что Фолинор будет очень умелым в постели, ведь его ласки уже заставляли меня гореть огнём, тяжело дышать, и внутри у меня всё сжималось. А ведь он ещё даже не касался моих стыдных мест, хотя мне порой очень хотелось, чтобы он погладил мою грудь, которая напрягалась, словно ожидая его прикосновений. Но до этого пока не доходило. Фолинор прекращал урок, желал мне спокойной ночи, целовал в лоб или макушку и быстро исчезал в своей спальне. А я оставалась одна, если не считать сопящей в колыбельке малышки, и лежала в темноте, мечтая о настоящих поцелуях и более смелых прикосновениях, мечтала коснуться Фолинора не через рубашку, или увидеть его совсем раздетого.

От таких мыслей мне становилось жарко, и я вертелась на своём диванчике и долго не могла уснуть.

Иногда голос нашего жреца в голове, говорил мне, что это неправильно. Что дракон не женится на крестьянке, а занятия любовью без брака это блуд. Но я отмахивалась. Теперь я жила совсем в другом мире, здесь всё не так, как было у нас в деревне, всё другое, и отношения между людьми тоже. Здесь супруги любят друг друга, а не женятся лишь потому, что кто-то хороший работник, а у кого-то приданное запасено в достатке.

И уж лучше я буду спать с Фолинором без брака, но по любви и желанию, чем в браке, но по обязанности и с тем, кто мне противен. Всю жизнь внушаемые мне правила стали казаться не такими уж и верными после всего лишь двух недель, проведённых на острове драконов.

На шестой день Керанир снова повёз нас к людям. Диэглейр куда-то улетал немного раньше и, вернувшись к нашему отлёту, дал нам с собой две корзины с зеленью и рыбой. Так что, мы появились с подарками. Но на этот раз Базилда не вышла к нам, а сёстры, занеся гостинцы в дом и даже не пригласив нас внутрь, сразу увели к реке, гулять.

Я удивилась, но поддержала разговор ни о чём что готовили на завтрак, какие поросята стали прожорливые, что две коровы оказались стельными, а одна яловая, но это и хорошо, всю зиму доиться будет, а к весне и остальные растелятся, а значит, без молока не останемся.

Казалось, сёстры словно стараются заговорить меня, отвлечь. Наконец, не выдержав, я спросила:

А почему ваша мама не вышла к нам?

Базилда никогда не отпускала нас, не угостив чем-нибудь то пирогами, то малиновым киселём, то топлёным молоком.

А в этот раз даже не поздоровалась.

Мама полы моет, ответила Саннива.

Она картошку чистит, одновременно с ней сказала Аннис.

Переглянувшись, сёстры снова заговорили одновременно:

Да, точно, картошку чистит, напутала я, Саннива.

Ой, да, она говорила про полы, а я запамятовала, а это уже Аннис.

И полы моет, и картошку чистит, раздался у нас за спиной злой голос Керанира, про которого все забыли. Лёжа на кровати с вот таким синяком под глазом.

Как ты?..